Инстинкт Убийцы. Книга 3. Остров Черной вдовы

И что знает она гораздо больше Фатимы.

– Да, Судьба. – Она посмотрела в глаза Фатиме, и взгляд ее был спокойным и мудрым. – Когда она говорит, все мы замолкаем. Нельзя изменить дорогу, но можно ее осветить. Чтоб не набить слишком уж много шишек.

Дама продолжала смотреть на Фатиму, а она задумалась. Разве она сама не противоречит себе? Она сказала, что верит женщине, а теперь вдруг заявляет, что не верит в гадания, не верит в ее волшебство. Но самое главное – она ведь только что сама сказала, что верит в Судьбу, а значит, всё, что происходит, происходит по ЕЕ воле.

Незнакомка терпеливо ждала, пока Фатима примет решение, на ее красивом лице невозможно было прочитать ничего.

– Я жду твоего решения, – спокойно произнесла женщина, когда поняла, что короткая битва в душе ее спутницы закончилась, – нельзя дать человеку то, что он не принимает.

– И не думай, ты не обидишь меня, – добавила дама, как будто прочитав ее мысли, – то, что я делаю, я делаю от чистого сердца, по-другому нельзя.

И Судьба или Бог, всегда знают всё лучше и знают наперед, тогда как мы, люди, слепо тыкаемся в стену, почему-то решив, что там есть дверь. Многое из того, что кажется понятным – туманно, и наоборот, то, что непонятно сейчас, становится таким простым и ясным со временем.

Она усмехнулась.

– Когда поймешь эти простые истины, уже никогда и ни на что не реагируешь так остро.

Налетел очередной порыв, ударил ледяной рукой, забирая те крохи тепла, которые помог сохранить чай.

Фатима повернула голову, взглянула на море, на темное тревожное небо над ним, и внезапно приняла решение. Твердое и осознанное, никакого транса или тумана в голове, она точно знала, чего хотела.

– Я верю вам, – сказала она, глядя прямо в глаза незнакомки, – и мне нужно то, что вы можете мне дать.

На секунду она задумалась, а потом добавила:

– И я принимаю это с чистым сердцем.

– Ну что ж, – сказала дама, и глаза ее сверкнули, – будь по сему.

Начнем.

Одной рукой она протянула Фатиме платок, унесенный ветром и возвращенный Фатимой, и повернулась спиной к морю. Платок она расстелила на земле и наступила на два угла ногами, защитив от ветра свой импровизированный стол. Жестом предложила Фатиме занять место напротив и придержать оставшиеся два угла.

– Тебе придется потерпеть неудобства, – сказала женщина, – но таковы уж обстоятельства. Ты молодая и гибкая, а мои годы ушли далеко вперед.