Високосный, 2008 год

А она, уже широко улыбаясь, в ответ тоже!

После этого он вынужден был сначала отвезти свой любовный взгляд в сторону, а потом, вспомнив, посмотреть в глаза её парня, которые в этот момент внимательно и недобро следили за старым совратителем.

Вскоре парень и девушка распрощались с друзьями, и пошли на выход.

В этот момент Платон подумал, что может быть будет ещё какой-нибудь знак? Но продолжения не последовало. Реальность жизни опять поставила всё на свои места!

Позже он сочинил по этому поводу стихотворение:

Как ромашка на ладони

Распростёрла лепестки,

Так ресницы на просторе.

Украшают взгляд они.

Ну, а он, конечно, смелый,

Озорной и голубой.

Я попытки неумелой

Не видал ещё такой.

Чересчур он откровенный.

Этот смелый, спелый взгляд.

Ну, а я жене всё ж верный,

Отвечал ей невпопад.

Любовались мы беспечно

Красотою дивных глаз.

Расставались ведь навечно.

Расставались мы сейчас.

Что-то на меня в последнее время частенько стали западать очень красивые молодые женщины, а основном блондинки? Наверно я стал излучать какую-то дополнительную и мощную сексуальную энергию?

С чего бы это? А, ну, да! А ведь многие женщины такие чувствительные! – довольный, молча, рассуждал он сам с собой.

Тут же он вспомнил два случая в стоматологической поликлинике.

В ожидании приёма хирурга – месте весьма далёком от лирики и шуток – Платон наслаждался невероятной тёплой красотой, лет двадцати – двадцати пяти, блондинки, стоявшей почти напротив него и державшейся за щёку со стороны болевшего зуба.

Она была прекрасна не только лицом, но и телом.

То рельефно-призывный бугорок её чёрных брюк между явно длинными, стройными ногами то и дело заставлял озабоченного, про себя облизываясь, не сводить с него глаз.

То Платон смотрел в её красивейшие небесно-голубые глаза, смущённо отводя взгляд от её ответного, смелого и пытливо-призывного взгляда.

По всему было видно, что женщине приятны и восторженные взгляды ценителя, да и он сам, как потенциальный объект для интеллектуально-сексуальных утех.

Но он видел кольцо на её правой руке, был верен Ксении, и не хотел лишних, хотя и очень желаемых, приключений на свою уже изрядно седую голову.

Через несколько дней они встретились случайно и там же. Незнакомка сразу узнала Платона и приветливо заулыбалась ему:

– «Те же и там же!» – набралась она смелости завести разговор.

– «К чему бы это?!» — давно заезженным трафаретом ответил он.