Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться

Я не хотел, чтобы ты меня заметила.

Лили недовольно фыркнула и медленно, лениво пошла к хвойной поросли у подножия сопки. Он вскинул винтовку. Желание обладать красотой терзало хищное сердце. Королева скрылась среди пламенеющих осин. «Лили… Тебе подходит это имя».

1

Вихрастый мальчик в смешных круглых очках склонился над тетрадью. Он обложился толстыми книгами, журналами и что-то вдохновенно писал, от усердия высунув кончик языка.

– Ты как Мурзик.

Русоволосая девочка подскочила и схватила самую толстую книжку.

– Он также высовывает язычок… Му-у-урзик!

– Ты мешаешь, Тома. – Мальчик попытался забрать книжку, но не тут-то было.

– Эдя, мне скучно! – Тома дразнила брата, прыгала вокруг него с книгой, и оборки на платье прыгали вместе с ней. – Давай играть.

– Некогда мне. Видишь?

– Да зачем тебе эта нуднятина?

Тома кинула на диван толстую книгу, та открылась на ярких фотографиях.

– Фууу! Противно.

Эдик поднял книгу, погладил обложку, вгляделся в те самые фотографии.

– Нет, млекопитающие… Медведки, жуки – все это интересно… Но я уже решил.

Прошел час. Страницы шелестели, скрип ручки не прерывался ни на минуту.

– Эдуард, ты напугал сестру. – Над ухом раздался громкий голос матери.

– Чем напугал? Скачет, кричит, как сорока. Подумаешь, яйца и личинки насекомых. Было бы чего пугаться!

– Пошли ужинать. И это оставь здесь! За едой у нас не читают.

Эдик скривился и послушно закрыл книгу. Встал из-за стола, тихонько вздохнув. Вечером мать разговаривала по телефону, и голос ее, громкий, высокий, просачивался через дверь.

– Это не ребенок, а кошмар! Не бегает, не хулиганит… Целыми днями сидит с книгами. Эдик пошел в своего отца. Надо было понимать, что если залетела от ученого, то…

Конец фразы утонул в смехе.

– Мне уже хочется сжечь эти дурацкие книги. Он помешался на тиграх, леопардах и прочей лесной живности.

Мальчик закрылся одеялом с головой. Скоро он видел сон: полосатые тигры раздирали оленя, кабарга скакала по тайге, леопард грелся на скалистом уступе.

2

– Я поеду во Владивосток. – Невысокий, ершистый парень упрямо смотрел на мать.

– Что ты там забыл? Поедешь в Москву, у дяди поселишься. Что тебе еще надо? На Дальнем Востоке ничего хорошего тебя не ждет. Провинция, никаких знакомых, жизнь впроголодь!

– Я буду поступать на биофак.