Дочь леса

– Ты и раньше никогда не делала то, что положено. Садись, я принесу чай.

Удивленная таким приглашением, Арка не сдвинулась с места, а за стеной хижины амазонка чем-то позвякивала и шуршала. Наконец девочка все же села на одно из старых ошкуренных бревен, лежавших на террасе. Через несколько минут циновка, закрывавшая дверь, приподнялась и показалась Темис с чайником и двумя выщербленными пиалами в руках. Арка вскочила.

– Ты стала такой вежливой, – усмехнулась амазонка. – Вот, возьми пиалу с чаем.

Арка снова села и пригубила горьковатый напиток; чай оказался чуть теплый, как и прием, оказанный ей пожилой хозяйкой. От отвара, в котором плавали высушенные цветы эвкалипта, у девочки запершило в горле. Арка с тревогой осознала, что определенные хорошие манеры все же прилипли к ней без ее ведома: например, она чувствовала потребность поддерживать разговор, дабы заполнить неловкое молчание.

Девочку удивляло показное равнодушие старой воительницы: неужели Темис впадает в старческий маразм?

Или же все дело в том, что одиночество сделало старуху еще молчаливее, чем прежде. Арка наблюдала, как амазонка набивает трубку, достает огниво и трут, высекает искру и закуривает. Все ее движения выглядели уверенными и точными. Темис закрыла табакерку, прислонилась к стене хижины и от души затянулась.

– Ты была с Широн?

Дальнейших объяснений не требовалось: Арка сразу поняла, о чем спрашивает воительница.

– Да, – ответила она. – Я видела, как Широн умерла.

Девочка сделала большой глоток чая, надеясь, что Темис не станет расспрашивать дальше.

– Расскажи, как она умерла.

Арка опустила глаза и стала рассматривать листочки, осевшие на дно пиалы. Возможно, ей настолько же тяжело говорить о смерти своей опекунши, как Темис тяжело об этом спрашивать.

– Ее убил темискирец, который поджег лес. Он пришел за самородком живой лазури, находившимся в нашем дереве-хижине. Широн пыталась защитить самородок, но темискирец применил магический взрыв. Широн обгорела, ее отбросило взрывной волной.

Темис кивнула и снова затянулась.

– А ты, почему ты уцелела?

Вопрос прозвучал как обвинение. Арка согнула ноги, подтянув колени к груди.