Даргорея

Еще ниже по течению обнаружили труп второго варна. Над телом хозяина, склонив голову, стоял роскошный жеребец. Преданный, видно, скакал за своим другом, пока река не выбросила искромсанное тело на берег. Ни Миланы, ни третьего из нападавших так и не нашли.

Тяжелый вздох вырвался из моей груди от ужасных видений, что стояли перед глазами.

– А Изабелла? Каким чудом она спаслась? Ты никогда об этом не рассказывал, дядя.

– Изабелла? – я невольно улыбнулся воспоминаниям о необычной утренней находке. – Малышка мирно спала в дупле старого дуба, того самого, на поляне.

– Где собаки потеряли след?

– Да.

– Но как же она туда попала?

– Когда мы с братом ее спросили об этом, она стала рассказывать про доброго сармака, который отнес ее поближе к дому. Сначала мы думали, что детский разум помутился из-за испуга и разлуки с матерью. Но нет, Изабелла была совершенно здорова. И мы перестали задавать вопросы, чтобы не напоминать девочке о страшном событии.

– Дядя, Изабелла не могла ведь превратиться в удду? – спросил парень, с затаенной надеждой глядя мне в глаза.

– А хочу верить, что ее душа осталась чиста, Алмаз. И мы найдем ее, обязательно. С рассветом начнем поиски у кромки воды.

Мы пошли к мосту, ведя коней на поводу и заглядывая под каждый куст.

Глава 7. У реки

Низкий, бархатистый мужской голос с нотками суровости завораживал. Он казался мне знакомым и даже родным. Я слушала историю, по щекам катились слезы, оставляя горячие, мокрые дорожки.

Капали на пересохшие губы, обжигая их. Я слизывала соленую влагу, но от этого становилось только горше. Из груди рвалось: «Я здесь! Вытащите меня отсюда. Я так замерзла, устала и хочу домой». Но что-то останавливало меня, какое-то неведомое мне доселе чувство. А последняя фраза мужчины и вовсе осадила желание выдать себя. «Они отождествляют меня с Изабеллой. Но думают, что эта девушка могла превратиться в нечисть, – мысли мелькали и жгли разум огненными всполохами озарений.  – „А ведьм… во все века сжигали люди на кострах“. Так, кажется, Высоцкий пел? Вот-вот. Саван. Петроглифы с ритуалом жертвоприношения. Сложенные кострища на площадке башни. Кто эта девушка? Нет. Не выдам себя».

Голоса стихли. Слышны были удаляющиеся шаги и редкое фырканье лошадей. Я сидела тихой мышкой, скрючившись и боясь пошевелиться. Не знаю, сколько прошло времени. За ветками бредины был виден только краешек темной воды. Хотелось спать.