Пьяная Россия

– Лучше ответь мне, ты сам не желаешь омолодиться?

– Я?! – взвился Роман Григорьевич. – Желаю состариться и умереть! У меня и место на кладбище уже есть! Договорился с батюшкой!

– С батюшкой? – переспросил Анатолий Сергеевич.

– В деревне, – пустился в объяснения Роман Григорьевич, – где у нас с женой дом есть. Ты помнишь, там тесть у церкви похоронен, дочка моя и жена. Кладбище закрыто, но я повадился мед батюшке поставлять.

– Неужели, пасека еще жива?

– Двадцать ульев! – загордился Роман Григорьевич и продолжил.

 – Священник обещал схоронить меня возле родных.

– Зачем ты мне это говоришь? – передернулся Анатолий Сергеевич.

– Ты меня старше! – напомнил Роман Григорьевич. – Стало быть, ответственнее.

– Всего на пару месяцев старше! – подытожил Колесников, выглядевший лет на двадцать пять, в то время как Роман Григорьевич оставался стариком с седой бородой.

10

Дождевые капли медленно ползли по оконным стеклам и Колесников провожал их, тыкая пальцем в каждую.

Некоторые его слушались и срывались вниз, в мокрую траву, другие нипочем не слушались, а застыв, чего-то ждали, как-то прислушивались и тут падали, пропадая в сырой темноте.

– Толенька, ты покушал? – вошла в двери, Вера.

– Отвяжись! – сказал Анатолий Сергеевич, с ненавистью поглядев в сторону дочери. – Я тебе не сын, а отец!

– А выглядишь, как сын! – умиленно глядя на отца, заявила дочь.

– Это побочный эффект эликсира молодости! – выкрикнул, обиженно выпятив губы, профессор.

В двери квартиры позвонили и еще раз, и еще.

– Звонят, ты не слышишь, что ли?! – закричал, топая ногами, Колесников.

– Бегу, бегу, Толенька, только не нервничай! – засуетилась Вера и поспешила открывать.

– Представь себе, – ворвался в квартиру, Роман Григорьевич, – эта дура из президентского окружения все-таки выкрала две колбы эликсира, выпила и помолодела!

– Насколько помолодела? – презрительно сощурился Анатолий Сергеевич.

Роман Григорьевич помрачнел и уселся на диван:

– Анатолий Сергеевич, ты знаешь, мое отношение к этому эксперименту. И твои ученые, где они? Где Ванечка, Коленька, Сашенька?

– Они заходят! – отмахнулся Колесников. – Берут кровь на анализ!

– И как?

– Все анализы в норме!

– В норме? – не поверил Роман Григорьевич, пристально рассматривая пятнадцатилетнего подростка.