Деревянный Меч

В конце концов, чего он боится? Смерти? Но проговориться сейчас – хуже смерти.

– Где он? – бешено выдохнул юноша прямо в лицо Кенету.

– Не ваше дело, – зло и спокойно произнес Кенет.

– Ах, не наше?! – Юноша тряс Кенета изо всех сил. – Нет, ты мне скажешь, мразь!

– Все он, гад! – верещал служитель из угла. – Если бы не он, того бы гада схоронили, и порядок! Это он, гад, не позволил! Живой, видите ли! Спрятал того гада, гад! Это все он!

И тут время словно замерло. Все застыли на долю мгновения и лишь затем возобновили свои действия.

Юноша, который так старался вытрясти из Кенета дух, снова рванул его на себя и сдавил могучими железными объятиями. Потом он оторвался от Кенета, положил ему руки на плечи, осмотрел его, как бы не вполне веря своим глазам, снова дернул к себе и с победительным рыком прижал к сердцу.

– Так, значит, если б не он? – осведомился высокий, с нехорошей задумчивостью во взоре поглядывая на служителя.

Третий их спутник, доселе молча стоявший на страже у дверей, тихо захохотал.

Высокий подошел к юноше, вырвал Кенета из его объятий и, в свою очередь, крепко обхватил за плечи.

– Значит, он жив? – спросил высокий.

– Не ваше дело, – упрямо повторил Кенет. – Он ранен, и я никому не позволю…

Третий у дверей снова захохотал.

– Мы могли и не торопиться, – утирая слезы смеха, простонал он. – С таким защитником Аканэ как за каменной стеной. Даже высокий усмехнулся. До Кенета наконец дошло.

– Так вы его не?.. – запинаясь, выговорил он.

– Ни в коем случае, – заверил его высокий.

До служителя тоже дошло, какую ошибку он совершил, и он завизжал, сообразив, что с ним сейчас начнут делать что-то очень и очень нехорошее.

– Умолкни, – посоветовал ему высокий. – И без того убить тебя хочется – ну никакого терпения не хватает. Служитель покорно умолк.

– Где раненый? – спросил высокий.

– Пойдемте, – сказал Кенет, все еще сомневаясь. Однако сомнения мигом покинули его, когда раненый радостно распахнул глаза на тихий оклик: «Аканэ, дружище! Живой!»

Юноша и высокий подняли раненого Аканэ бережно и осторожно.

– А мальчик? – напомнил им третий, указав на растерянного Кенета.

– А мальчика с собой возьмем, – немного подумав, сказал высокий. – Заедят его здесь. Собирайся, малыш.

– Но как же? Я ведь здесь… а больные?

– Он тоже больной, – возразил высокий. – И ему нужно менять повязки, и раны промывать, и все такое.