Медальон

На душе вдруг становится так щемяще уютно, что я, не выдержав, спрашиваю:

– Ты разве умеешь улыбаться?

– Ещё как, – демонстрируя свои белые зубы ещё шире улыбнулся он.

Я заробела. Впервые вместо настороженного, почти злого лица, вижу искреннюю улыбку. Растерявшись, я резко отворачиваюсь и нетвёрдой поступью иду к воде.

Главным образом чтобы умыть горящее от смущения лицо.

Угрюмый и молчаливый индеец нравится мне куда больше. Определенно больше.

Глава 7

Я опускаюсь на колени у самого берега и не оглядываясь на индейца, деловито зачерпываю ледяной воды.

На вкус она не хуже любой родниковой, сладкая и освежающая – взбодрила бы даже покойника.

Утолив жажду меня вдруг осеняет что, пора перестать настороженно относиться к Мэкхьи. Если уж не доверия, то как минимум уважения он заслуживает.

По сути, всю дорогу я пыталась его разговорить и вот, он сказал больше двух фраз, как я сразу растерялась.

Молчит – плохо. Говорит – ещё хуже.

В любом случае, он мне помогает.

Не понимаю зачем и почему, но спас буквально из лап ночных злодеев. Возможно, у него были более приятные планы на эти пару дней, вместо того чтобы тайком пробираться через весь лес в такую промёрзлую погоду.

И если откинуть факт, что он бесконечно сильно выводит меня из себя своими завуалированными ответами – он очень неплох собой.

Подозрительно привлекательный для мужчины, тем более для индейца.

Незаметно, как мне кажется, оглядываюсь в пол оборота, а его и след простыл.

Он же только что....

– Не меня ищешь? – звучит где-то слева.

Индеец, довольно ухмыляясь, сидит чуть позади меня.

Вытерев лицо тыльной стороной ладони, я вежливо уступаю ему своё место. Выглядело это явно глупо, на огромном берегу кроме нас ни души, а я веду себя словно в очереди у телефонной будки стою.

Окончательно растерявшись, я подумываю вовсе уйти подальше, но взгляд из-под внезапно угрюмых бровей дает понять, что лучше остаться.

Внутри вся съёжившись от резкого скачка его и без того непредсказуемого настроения, я не спорю, присаживаюсь на безопасном расстоянии.

Умыв лицо и даже не поморщившись будто на улице июль, а не октябрь, он приказывает мне:

– Опусти его в воду.

– Что? – со слухом проблем у меня нет, но приказной тон явно начинает выводить из себя.

– Медальон. Опусти его в воду.

Зачем? Чуть не сорвалось у меня с губ.

Он все равно не ответит.