Ловушка для птицелова

Он поморщился, когда его окликнули – сам Джереми взял за правило не захламлять свою память сведениями об ее имени. Он натянул на лицо дружелюбную улыбку и облокотился на стол.

– Будь ангелом, открой мне дверь, – попросил он и небрежно указал на сумку. – Я забыл свой пропуск, а мне прямо не терпится приняться за работу.

Она громко рассмеялась, прикрыв рот рукой, словно это могло ей помочь выглядеть как леди. Джереми подавил рвотный позыв и заставил себя испустить смешок. Она улыбнулась и вдавила кнопку длинным искусственным ногтем.

– Будешь должен, – сказала она, подмигивая.

– Ни черта я тебе не должен, – холодно ответил Джереми, покидая вестибюль. Скорее всего, она решит, что это была шутка.

Впрочем, Джереми было плевать.

Глава четвертая

Рен опустила на глаза защитный щиток и молча рассматривала тело, лежащее перед ней на ледяном столике секционной. Женщина посмотрела на нее в ответ одним только глазом, виднеющимся из-под полуопущенного века.

Даже сквозь эту крохотную щелочку в нем читался смертельный ужас.

Ее пропитанную водой одежду уже успели сфотографировать и снять. Теперь криминалисты тщательно искали на ней волосы, человеческие ткани, да что угодно, что поможет найти чудовище, которое это совершило. Рен осторожно ощупала тело, ища признаки сломанных костей, отдельно отметила петехиальные кровоизлияния, видимые на ее лице даже несмотря на то, что кожу уже тронули следы гниения. Солнце Луизианны жестоко даже к живым людям, а уж от мертвых оно не оставляет и мокрого места.

Рен решила, что жертва провела на улице около суток – об этом свидетельствовало легкое вздутие трупа и отсутствие сильного разложения.

Она отметила и синяки на горле Джейн Доу: на коже были видны отпечатки множества борозд, кольцом обхватывающих шею. К причине смерти, впрочем, они отношения не имели. Даже если забыть про рану на животе, которая, Рен готова поспорить, была смертельной, на шее могли появиться синяки, только если кровь все еще свободно текла по телу, а сердце – билось.

Бедную девочку раз за разом душили, не собираясь убивать. Маньяк попросту наслаждался этим жестоким развлечением, и наслаждался долго, пока наконец не избавил Джейн Доу от страданий – причем одним из самых болезненных способов.

Рана на животе была длинная, глубокая, с рваными краями. Внутри запеклась кровь, а значит, убийца нанес удар, пока жертва еще была жива.