Рожденная лесом

Я прибегаю к аргументам, которые, как мне известно, приведут целители в замке, даже если король Жерар решит снять запрет. – У тебя недостаточно опыта.

– Мне удалось сохранить нам жизнь, не так ли?

В этом заявлении нет ни горечи, ни обвинения. Только правда.

– Это другое, – бормочу я.

Он машет рукой.

– Позвольте мне посмотреть, смогу ли я помочь.

– Послушай, ты знаешь его позицию по этому поводу. Предсказание…

– К тому же он принимает Предсказание, – говорит он. – Это ничего не значит.

Ты сама так сказала.

Он бросает взгляд на Финли в поисках поддержки, но тот смотрит в сторону.

Когда я замолкаю, Элос подходит к окну и беспомощно прислоняется к выступу.

– Не имеет значения, что мы думаем, – наконец говорит Финли, проводя рукой по шее. Лихорадочный румянец сходит с его щек. – Суд опасается Предсказания, и мой отец не застрахован от давления, которое они оказывают на него.

Костяшки пальцев Элоса белеют там, где он вцепляется в выступ.

– По крайней мере, позволь мне проводить тебя обратно.

Просто дойди до двери, а потом я уйду. Обещаю.

Финли нагибается, положив руки на ноги, и пристально наблюдает за моим братом.

– Пожалуйста.

Хотя я все еще качаю головой, Финли, кажется, поддается мольбе Элоса и опускает подбородок.

– Я могу потерять работу из-за этого, – напоминаю ему. – У меня будет достаточно неприятностей из-за того, что я не доставлю тебя, как обещала. Брат не может пойти.

Я знаю Элоса.

Он не любит менять свою внешность, как я.

– Скажу отцу, что все это была моя идея, – говорит Финли, поднимаясь на ноги. – Вместо этого ему просто придется винить меня.

Он улыбается, но за улыбкой скрывается боль.

– Пойдемте.

* * *

После этого ужасного утра, которое мы пережили, прогулка обратно через лес кажется почти подарком. Напряжение в магазине Брэна и Томаса, которое было такое невыносимое от недосказанности, немного смягчается, когда мы выходим на свежий лесной воздух.

Элос предлагает руку Финли, который пошатывается, и дополнительная поддержка, похоже, помогает ему. Его лицо постепенно светлеет, и довольно скоро он впадает в самодовольный рассказ о какой-то лошади, на которой он на днях скакал к победе, и о монете, которую выиграл у королевской гвардии, не сумевшей победить его, потому что Финли всегда умел находить уловки.

Как всегда, он притягивает Элоса и меня, как мотыльков к пламени.