Субстрат

Сколько я еще выдержу сидеть здесь, вдыхая пыль и плесень, в ожидании, когда же вернется Кей?

Поднявшись на одеревеневшие ноги, я осторожно приблизилась к окну, часть краски которого давно уже облупилась, открывая вид на старую прогнившую древесину. С усилием воли протянула руку к плотным шторам, кое-где покрытым маслянистыми пятнами, и отодвинула кусок ткани в сторону. Боже, уже утро, слишком светло. Кей не мог задержаться так надолго, даже не найдя еды, у нас был уговор возвращаться до рассвета.

Сердце начало биться быстрее: а вдруг с ним что-то случилось, а вдруг его уже нет? От этих мыслей начало выворачивать. Нет, он жив, он точно жив. Сердце билось в груди так быстро, что мне казалось, вот-вот, и оно отобьет свой последний удар. Легкие сдавливались, не давая кислороду поступать в кровь, у меня началась паническая атака.

Я шагнула назад, отпуская ткань шторы, и вцепилась в спинку кресла, пытаясь ногтями оставить дыры в пожухлой вельветовой обивке, концентрируя на ней всю свою злость и страх.

Я не могу остаться одна, не могу, я не справлюсь одна, он нужен мне. Я наклонилась вниз, упираясь ладонями в колени, втягивая в легкие воздух. Нужно успокоиться, мне требуется холодная решимость. Я вспомнила непроницаемое и сильное лицо Кея, перед тем как он уходил, вспомнила, как он взял меня за руку, слегка сжимая мои пальцы, и пообещал, что с ним все будет в порядке.

Вытеснив остальное из головы, я настроилась на одну мысль: он обещал мне, а значит, он жив.

Расхаживая по комнате, я строила примерный план его маршрута. Он мог зайти в крохотный корпус администрации мотеля и поискать еду там, что было бы самым логичным. Не найдя ничего полезного, он, скорее всего, отправился бы по дороге, скрываясь от глаз за деревьями леса к ближайшему поселению, которое мы проходили пару дней назад. Тогда мы не успели прихватить ничего по дороге, страшась нападения, и перебивались двое суток на орешках и шоколадках из мини-бара в этой лачуге, которую раньше именовали номером экономкласса.

Решено: я пойду туда искать его.

Собирать особо было нечего, мы почти ничего не успели взять с собой, когда бежали из города. Двигаться на машине было нельзя, они привлекали слишком много внимания, поэтому мы взяли лишь самое необходимое, что можно будет унести на себе. Запас еды, который нам удалось тогда собрать, закончился очень быстро, буквально в первую неделю.