Месть амазонки

 – Лукаво рассмеялась девушка и одним гибким движением оказалась у него на руках.

– У тебя ничего не болит? – осторожно осведомился он.

– Глупый. Попробовав раз, я никогда не откажусь. Мне было очень хорошо, и я хочу продолжения.

– Да, но…

– Заткнись и поцелуй меня. Если в миру командуешь ты, то здесь буду командовать я.

Рассмеявшись, он прижал её к себе. Легко поднявшись на ноги, он прилёг на топчан, скользнув взглядом по дверной щеколде.

– Великая Мать! Какой же ты огромный! – страстно целуя его, прошептала девушка.

 – Сожми меня. Сильнее.

– Я раздавлю тебя.

– Нет. Мне будет хорошо. Отпусти себя на свободу. Дай себе волю. Ты словно каменное изваяние.

– Я боюсь сделать тебе больно.

– Не бойся. Я не так слаба, как кажусь. Расслабься.

Он непроизвольно сжал руки, и она тихо охнула, но тут же рассмеялась:

– Медведь. Но почему мне так сладко?! – чуть слышно застонав, она гибко повела бёдрами и приняла его всего, без остатка, с лёгкостью, которой удивилась сама.

Замерев, она всмотрелась в его покрытое шрамами лицо.

Обычная суровость отступила куда-то, сменившись чуть насмешливым, добрым выражением лица. Неожиданно она поймала себя на том, что ей нравятся его шрамы. Что они совсем не портят его. Ей захотелось во что бы то ни стало заставить его застонать от удовольствия. Эта мысль так захватила её, что она сама застонала в голос, неожиданно достигнув пика.

Очнувшись, она медленно поднялась и, рассыпая цепочку поцелуев от лица к животу, приникла губами к его плоти.

Вздрогнув, он замер, словно закаменел. Распаляясь всё больше, девушка ласкала его, не останавливаясь.

Зарычав в полный голос, он сжал кулаки и взорвался, сотрясаемый судорогой наслаждения. С трудом оторвавшись от него, Лин прижалась лицом к его груди, тяжело переводя дыхание. Его возбуждение пробежало по её нервам, как удар молнии.

Отдыхая, она не могла заставить себя разжать руки. Ей казалось, что стоит только пошевелиться – и всё исчезнет. Пропадёт волшебная сказка ощущений. Регулярно бывая в башне наслаждений, она знала все возможные способы любви.

Верховная, выбирала раба, и он добросовестно трудился, стараясь доставить ей удовольствие. С самого детства её заставляли штудировать трактаты о любви, запоминать позы и ощущения, уметь действовать так, как не решится никакая другая женщина. Но в эти минуты она поняла, что это было просто механикой.

Рабы трудились старательно, но в них не было того огня, который зажигает женщину, вознося её в небеса.