Мила Хант

Или я уже слышу сирены вдалеке? Вдруг какая-то девушка выходит из толпы и, указывая в мою сторону, кричит:

– Это она! Она!

По-прежнему стоя на коленях, я с недоумением оглядываюсь. Полиция приезжает одновременно со спасателями. Девушка истерически вопит:

– Я их видела! Они поссорились, а потом она его убила!

Полицейские тут же окружают меня.

– Расскажите, что произошло, – приказывает один из них.

Я не могу произнести ни слова. Аппараты, которыми врачи уже облепили грудь незнакомца, словно гипнотизируют меня.

Непрерывный писк и прямая линия кардиограммы на маленьком экране. Это как удар под дых. Голова кружится так сильно, что полицейский вынужден поддерживать меня, чтобы я не упала.

– У неё оружие в кармане! Говорю вам! – причитает девица.

Этот визг мучает меня даже больше, чем вой сирен. Хочется придушить её. Я пытаюсь освободиться от хватки полицейского и подойти к безумной девице.

– Что за бред ты несёшь?! Психованная! Я ничего не делала!

– В кармане! – вопит девица, которую никто даже не пытается успокоить.

Я перевожу взгляд с неё на мёртвого типа у моих ног, потом на жандармов. Сердце выпрыгивает из груди.

– Я его даже не знаю! Он прилип ко мне в баре. Попросил выйти с ним, чтобы поговорить…

– И вы согласились?

– Он сказал, что мне угрожает опасность. И моему другу тоже!

Полицейский смотрит скептически. Если я ещё расскажу, как этот человек назвал Нильса по имени, хотя они не знакомы, и как меня охватило необъяснимое чувство опасности, он точно решит, что я рехнулась.

– Пройдёмте со мной, – произносит полицейский.

Он подводит меня к машине и заставляет положить руки на крышу. Начинается обыск. Жандарм хлопает по карманам моей куртки и вдруг останавливается. Рука в перчатке скользит внутрь. И что-то вытаскивает. Я поворачиваю голову. Это шприц. С длинной иглой. Я бледнею.

– Это не моё! Понятия не имею, откуда он взялся!

К нам с победоносным видом подскакивает девица.

– Она держала это в руках, когда они ссорились… О нет, какой ужас! Она правда его убила!

Девица разражается рыданиями.

Кто-то обнимает её и уводит прочь. Полицейский открывает заднюю дверцу и толкает меня в машину. Я быстро выворачиваюсь из его рук и начинаю шарить по карманам.

– У меня в куртке не было ничего, кроме телефона! Где он? Я хочу позвонить родителям!

– В участке разберёмся.

Он буквально запихивает меня на заднее сиденье, плюхается рядом и захлопывает дверь.