Тёмные времена души. Жатва

Как много это всё займёт времени? И ещё. Я требую своего Персика сюда и свои вещи, а то… – и она заплакала, не договорив.

– Будут тебе вещи и будет Персик, когда проснёшься, а на квартиру эту… – я начал фразу, но запнулся. – Квартира изменится. – Матильда вытерла слёзы и успокоилась, услышав, что Персик будет с ней.

– Меня интересует одного, что за миссия? И вообще, может, я в этом не собираюсь участвовать! – Леонид был явно недоволен раскладом.

– Я вам отвечу. О миссии я расскажу вам всем завтра. Это тема не одного часа.

Да и сегодня нелёгкий день для всех нас. С этим всем надо переспать ночь, принять всё случившееся. А для вас, Леонид, персонально отвечаю. Если бы у вас был выбор, участвовать во всём этом или нет, то вас, наверное, спросили бы.

– То есть выбора нет? Я не могу отказаться? – спросил Леонид.

– Выбора нет и отказаться вы не можете. В противном случае вы бы не появились тут, – ответил я Леониду, не давая ему шанса для сомнений.

– И у меня нет выбора? У меня, вообще-то, завтра свадьба.

Что будет с моей жизнью? Вы ведь мне всё испортили, – голосила Софья.

– У вас тоже нет выбора, как и у меня, и у всех остальных, собравшихся здесь. Свадьба? Она не случилась бы в любом случае… Вы же хотели сбежать из этого места, где прожили свою жизнь? Вы место сменили уже, и есть возможность не работать в чёртовом супермаркете. Софья, наслаждайтесь жизнью! – достаточно грубо я ответил ей, понимая, что по-другому не выйдет.

– Иван Карлович, а что вы скажете? Все уже выразили своё недовольство, кроме вас, – обратился я к старичку, смиренно и спокойно сидевшему за столом.

– Ну, что вам сказать? Я человек одинокий, вряд ли меня хватятся искать. Никто и не заметит пропажи… Я так понимаю, комната отдельная у меня есть, едой обеспечат. Я не против поучаствовать в проекте, тем более если это принесёт кому-то пользу. Нас посвятят завтра в будущие планы, я подожду, – с неким равнодушием в голосе произнёс Иван Карлович.

Матильда сказала, что не хочет ужинать, и попросила взять продукты с собой.

Софья сделала то же самое, видимо, в виде протеста. Леонид поддержал компанию. Так каждый ушёл ужинать в гордом одиночестве в свою комнату. Я, конечно, расстроился, но, если честно, вышло всё не так плохо, как могло бы. А что я хотел? Увидеть довольные и радостные лица людей, которые находятся неизвестно где и неизвестно зачем? У всех собравшихся в «сторожевой башне» ночь выдалась тяжёлой, долгой и мучительной.