Тёмные времена души. Жатва

Ему удалось сохранить аутентичность тех времён в его комнатах, чего нельзя сказать об общественных местах этой коммуналки. Иван Карлович отправился на кухню сделать себе чаю. В коридоре стоял запах только что приготовленного борща. В кухне его встретила приветливая соседка Раечка, повар заводской столовой. Она и выглядела как с заводской столовой – крупная женщина, не просто пышных, а даже огромных форм, всё чаще в головном уборе, то в чепце, то в платке, одетом вроде банданы, всегда с красными щеками и довольной улыбкой.

Вот про такую и можно сказать «коня на ходу остановит и рельсы и шпалы кладёт». Бой-баба, одним словом. Но было в ней и прекрасное: жизнелюбие и забота об окружающих, уж очень она хотела весь мир накормить. Был у неё и мужичок, хиленький такой, щупленький, но она за него горой.

– Ванечка, приготовила сегодня борщ, вот только с огня, присаживайся, обедать будем, – наливая борщ по тарелкам, Раечка приглашала за стол.

– А запах, Раечка, какой запах! Ты же знаешь, мне неудобно вот так… – отвечал ей Иван Карлович.

– Ваня, ну ты меня не объешь! Садись, я уже налила. Давай с чесночком, со сметанкой! Может, случилось чего? Лица на тебе нет, бледный, растерянный какой-то, – продолжала Раечка, доставая сметану из холодильника.

– Ну, раз налила уже, не откажусь. Не знаю, Рая, что-то мне не по себе второй день… Бабушку вспоминаю, завтра годовщина… – поникшим голосом отвечал Иван Карлович.

– Садись. Давай помянем, у меня припрятана бутылочка, привезла от сестры из деревни.

Натурпродукт, никакой химии и похмелья. Мы по пару рюмочек выпьем и покушаем, полегчает, Ваня, – Рая положила руку на плечо Ивану Карловичу и одним движением руки усадила его за стол.

Кухня была ничем не примечательна, классическая коммуналка, потрескавшиеся потолки, покрашенные водоэмульсионкой, остальное тёмно-зелёной краской, чуть закопчённые потолки, совсем уже дырявый линолеум на полу. Стоял тут и обеденный стол, только пользовались им крайне редко, вроде того, как сейчас, махнуть с соседом по рюмочке, закусить и разойтись.

«С соседями и правда повезло, – иногда себя уговаривал Иван Карлович, – ведь могло быть и хуже».

Раечка достала из шкафа маленькие гранёные рюмочки. Разлила домашнего самогона, и они выпили по одной, помянув добрым словом старушку. Так они выпили ещё по одной и, отобедав с добавкой борща, решили заняться каждый своим делом. Рая взялась мыть посуду, а Иван Карлович отправился к себе.