Лавка Аваддона

Высокие потолки, панорамные окна в компьютерном зале и приглушенное освещение в комнате отдыха и спальнях, барная стойка вместо кухонного стола и высокие стулья, сочные живые пальмы и монстеры в коричневых горшках. Никаких кричащих цветов, только союз бежевого, серого и цвета дубовой коры. Да здесь был даже небольшой тренажерный зал.

Понятно, что базу использовали ранее для мужского состава, а не раскошелились специально для нас. Но и нас, девчонок, которых все эти годы осыпали ядовитыми насмешками, теперь бы поили и кормили спонсоры той же едой, что и парней-чемпионов.

Но что было делать с мамой? И как разрулить учебные вопросы?

В деканате мне отказали в переводе на дистанционный или заочный формат, т.к. часть четвертого семестра уже прошла. Пришлось договариваться с каждым преподавателем отдельно, что буду ежемесячно высылать полный пакет работ почтой России. Но училка по политологии упёрлась. Ни в какую. Старой закалки. Клянусь, я так бредила славным будущим на мировой киберспортивной арене, так ослепла, что согласна была даже остаться на осень с пересдачей.

Если вы – не геймер, отойдем от категории игр. Представьте, что вам, жителю студенческого городка площадью в четыре раза меньше Питера и в восемь раз меньше Москвы, предложили хорошую должность в столице. С оплатой аренды высокотехнологичного лофта, питанием и абонементом в спортзал. А главное – имидж работодателя настолько крут, что даже стажировка у него повысит вашу рыночную стоимость в разы. И что же вы решили? Отказались бы ради диплома Томского вуза? Выбор очевиден.

С призовыми деньгами вместе с вознаграждением по договору, заработанным за пару лет игры в команде, меня ждал Киотский университет, о котором грезила лет с четырнадцати, а ещё можно было исправить форму ушей и наконец-то избавиться от поднадоевшего каре.

Потому 25 марта в 5:40 я надела на голову свои круглые солнцезащитные очки цвета шартрез, при одном взгляде на которые у мамы во рту становилось кисло, как от целого лайма.

Закинула рюкзак на плечо и бесшумно закрыла за собой дверь квартиры. Мать узнала только в половине девятого, когда мой самолет приземлился в Шереметьево. До этого ни разу не ослушалась родителей. Кровь стучала в висках, когда отправляла ей сообщение. А ещё, не считая олимпиады в Ярославле, впервые оказалась одна в незнакомом городе. Гигантском городе. Сама пошла покупать билет на электричку, потом разбиралась с картой метро, чтобы добраться до тренировочной базы.