Марианна – угроза информационной безопасности

Если найдется смельчак, решивший бросить вызов системе, и продолжит опаздывать, его ждет приказ о дисциплинарном взыскании на моём столе, а банк сэкономит теперь уже половину его квартальной премии.

Для совсем непонятливых – увольнение с приговором в трудовой книжке. Чтобы вы знали, все статьи Трудового кодекса о прекращении трудовых отношений, кроме инициативы самого работника, словно статьи Уголовного кодекса. Ничего хорошего в будущем не светит. Сродни теневому бану в соцсетях – как ни стараетесь, резюме никто не замечает из-за двух цифр, обозначающих причину увольнения.

Вторая категория нарушителей в черном списке «саквояжа» – прогульщики. Те, кто отсутствовал на работе, но не оформил ни отпуск, ни больничный.

Перед выплатой зарплаты каждый месяц меня ждут два адских дня. В один из них выявляю прогульщиков, пишу им и их боссам «письма счастья». О чем? О том, что ничегошеньки они не получат за свой халявный день. И прикладываю позорный список всех «штрафников». Завершаю работу только к ночи, потому и рассылка попадает в почтовые ящики работников не раньше десяти часов вечера.

Знаю, что в офисе ходят страшилки на эту тему.

Наутро телефон не умолкает, электронная горит красным пламенем, а вокруг стола собирается очередь моих «поклонников», чтобы выразить непечатными словами, как они меня «обожают», передать больничные листы, заявления на отпуск, написанные задним числом и якобы позабытые в тумбочке. Вот потому в тумбочке у меня припасена бутылочка успокоительного, иначе увезли бы в смирительной рубашке.

В прошлом месяце я наказала главу информационной безопасности, того самого Карабаса-Барабаса. И неважно, что он важная шишка, большой босс, и может отрубить мне одним кликом и Интернет, и электронную почту, или подкинуть троянский вирус. Перед правилами все равны. Или отменять ограничения для всех, или требовать соответствия стандартам, начиная с самого верха.

Только отправила письмо Карабасу-Барабасу, шеф тут же услышал по телефону хриплый генеральский бас. Взгляд нашего единственного в кабинете мужчины говорил больше, чем слова.

Даже он струсил и обещал разобраться. Я отказалась идти на уступку только из-за авторитета нарушителя. Рискую рабочим местом, если соглашусь, если откажусь – тоже рискую.

Теперь звонили уже мне. Всего одна фраза. Как нож к горлу. Отрывисто. Весомо. Давит.

«Тот, кто живет в стеклянном доме, не должен бросаться камнями в других», – сказал Карабас-Барабас и положил трубку.

Угроза. Совершенно точно.