Монтаж памяти

Если бы сбежать было так просто, разве все эти несчастные люди продолжали оставаться в скотских условиях? Возомнила, что выше их и проворнее.

Едут. Я пропала. Всю злость сорвут на мне, как на огородном чучеле.

Первой в комнату заскочила Грейс.

– Говорила же, что не надо ехать на бал. Чувствовало сердце, что ей станет хуже. Но где же она?

– О, миссуз… Я побежала за доктором. Юной мисс стало совсем дурно: она выгибала спину и запрокидывала голову, руки и ноги её выкручивало. От страха и волнения у меня совсем мозги отшибло.

Харрис поехал за помощью, велев вернуться в дом. А мисс не оказалось в комнате.

– Будь ты проклята, Нелли! Срочно на поиски! Кэролайн пропала, – начала кричать госпожа мужу из комнаты.

Мужчины, включая доктора и надсмотрщика Харриса, оседлали коней и пустились вскачь.

– А ты иди осмотри весь дом и сад. Может, бедняжка в бреду заплутала.

Я решила сама на время затеряться на просторах, прилегающих к дому, чтобы отсрочить неприятные объяснения с хозяйкой, и выдавая придуманные детали, не запутаться в собственном вранье.

Да как можно в кромешной темноте в бесконечных полях и лесах найти эту парочку? Тут хоть всю ночь скачи.

Мужчины из спонтанного «поискового» отряда всё не возвращались. К этому времени хозяйка и Сэмуэль, тот самый старый темнокожий привратник, разбудили всех рабов, допрашивая, кто и что видел, слышал. Но правду знала только я и всё же упорно молчала.

Грейс сидела на кованой белой скамье у крыльца и плакала, закрыв лицо руками.

Интересно, ей было страшно за дочь или боязно потерять лицо в высшем свете?

Что мы с Кэролайн наделали.

Когда темнота мало-помалу начала сдаваться перед светом, приближаясь к утру, на горизонте появились две скачущие фигуры. Мать Кэролайн тряслась всем телом: то ли озябла, то ли от крайней степени беспокойства. Но увидев наездников, оживилась и соскочила со своего места.

Томас и Кэролайн, судя по их ошарашенным взглядам, желали испариться, но беспомощно молча смотрели себе под ноги.

Первым заговорил Томас с подчеркнутой вежливостью, как мне казалось:

– Миссис Хьюз, приношу свои глубочайшие извинения за причиненное беспокойство. Думаю, мне лучше немедленно покинуть вас и оставить наедине. До свидания, дамы.

Грейс смерила его презрительным и холодным, словно льды Аляски, взглядом без единого слова. Трус бежал, не дожидаясь извержения вулкана отцовского гнева. Ох, дело попахивает дуэлью.