Монтаж памяти

А его брат возглавляет в Огайо колледж, в котором принимают в студенты даже женщин и чернокожих свободных людей.

Я сроду не ходила в выходные на церковные служения, но этот человек меня заинтересовал. Он сел на небольшую лавку на улице прямо среди наших хижин. А мы пристроились вокруг кто на чём: на перевёрнутых ведрах, ящиках, толстых поленьях или прямо на пороге. Майкл сказал, что Бог не считает нас хуже белых людей. У Моисея, оказывается, женой была чернокожая женщина из Эфиопии. А во времена Христа Спасителя его ученики отговаривали людей продаваться в уплату долгов, говоря: «Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков».

Не думаю, что такая проповедь понравилась бы мистеру Хьюзу, поэтому хорошо, что он её не слышал. У Майкла на ферме нет рабов, только слуги, которые работают за вознаграждение и живут в доме поблизости с его особняком. Хозяин сам вместе с рабочими выходит трудиться на поле. Как бы я хотела служить у мистера Вудмена.

И тут в голове моей созрел план.

Наш гость – вдовец, но всё ещё привлекательный, с красивыми большими глазами цвета крепкого чая, мужественным подбородком и густыми черными бровями. На вид не старше печально известного труса Томаса. А значит, есть шанс выдать молодую мисс за этого мужчину и вместе с ней переехать в Кентукки. Я пошла на компромисс со своей гордостью и была услужливой с Кэролайн до ужина, пытаясь лаской склонить её прислушаться ко мне и принарядиться к вечеру.

Уговорила девчонку даже ванну принять.

Ох, и упиралась же она. В июньском номере её «Godey's Lady's book», видите ли, было написано, что частое купание вредит коже, а принимать ванну в конце дня опасно для здоровья. Якобы мыться нужно только по утрам. Когда я набрала для Кэролайн горячую воду, девчонка завопила, что я желаю ей заболеть истерией. Скажите мне, пожалуйста, как связано психическое расстройство с температурой воды? Но именно так говорит их семейный врач.

Ещё летом по последней моде мы заказали у портного платье в стиле «Аделаида».

Поверх кринолина и кучи нижних юбок каскадом спадали девять оборок платья, пояс завязывался высоко на талии аккуратным бантом. Сверху платье закрывало грудь и шею целомудренным воротничком, а рукава-колокольчики кокетливо украшали рюши из кружева. Расцветка, как нельзя лучше, подходила для будущей невесты священника – мелкие акварельно-голубые выбитые цветочки и мятные листочки на нежно-молочном фоне легкой ткани.