Монтаж памяти

Но худшее случилось, когда в первом акте Артём должен был быстро сменить костюм, но обнаружил, что злодейка пришила брюки к трусам. Дорогое нижнее бельё спешило покинуть тело актера вслед за штанами. Баба Маша заметила растерянность театрального мачо и скомандовала: «Так, девочки, мальчики, все отворачиваемся. Тёмочка, переодевайся спокойно». Он, конечно, не из стеснительных, но здесь вопрос чести. Костюмерша должна была понести наказание, чтобы запомнилось раз и навсегда.

Но в тот вечер актер пребывал в состоянии такой эйфории, что на время позабыл о неприятном происшествии, и отправился в свою квартиру с исполнительницей роли молодой Сашеньки.

С ней он ещё не спал, но хотел её давно. Художественный руководитель всегда поощрял в театре романы, чтобы на сцене ощущался неподдельный накал страстей, тогда пьеса оживает.

Разбор новых спектаклей всегда начинался режиссером именно с того, кто из героев кого хочет. Поэтому постель для актеров настолько привычная локация и в голове, и на сцене, и в жизни, что стала не более сокровенной, чем кухня.

Вначале ты испытываешь недоверие к партнеру, потом постепенное сближение, влюбленность, а в какой-то момент отторжение. Иногда это происходит по кругу.

Но жениться Артём не планировал. Никогда. Нет, в его жизни не было слезоточивой драмы, несчастного детства или строгой матери. Просто влюбленные люди казалось актёру несчастными, а уж женатики и подавно. Он считал такие отношения пережитком неолита. В современном обществе человеку не нужна стая, чтобы выжить.

Мужчина приравнивал секс к ужину с девушкой в ресторане. Если парень вкусно накормил понравившуюся даму, он же не обязан жениться на ней. А в чем собственно разница с постелью? Почему за доставленное сексуальное удовольствие непременно нужно идти под венец? Это такое же общение и развлечение. Причём добровольное и взаимное. А свободных и красивых девушек столько, что хватит на всю жизнь.

Тогда он ещё не подозревал, в какое затруднительное положение попадет, вынужденно вступив в конфликт со своей философией независимого мужчины.

1860 год

Вечера в Натчезе стали прохладными, поэтому в гостиной затопили камин. В комнате собралось всё семейство: Грейс вышивала, Кэролайн умирала от скуки, дёргая ножкой, а седой глава семейства был увлечён газетой, изредка зачитывая вслух интересные отрывки своей супруге, которой они таковыми не казались, судя по отказу от участия в дискуссии.

Сэмуэль сообщил о прибытии мистера Кэтчера.