Криптолог

А ведь итальянцы не в пример темпераментнее немцев и легче на подъем. Так Деллуччи до сих пор казалось, во всяком случае. Он ни на секунду не усомнился в правильности своего решения заставить Земперопер идти в ногу со временем. Деллуччи открыто объявил об этом, когда вступал в должность много лет тому назад. Его постановки будут верны оригиналу, но только в глубинах содержания. Внешняя форма должна играть новыми, современными красками. Поэтому доспехи Огненного Ангела и украшали мигающие светодиоды, а на Ренате был блестящий кожаный костюм.

– Но музыка… – выдохнул Деллуччи в пространство пустого кабинета. – Музыка всегда будет задавать классический тон.

И, как бы в подтверждение его слов, в телефоне включилась мелодия Джузеппе Верди. «Травиата». Он любил эту музыку, несколько поизносившуюся от частого исполнения в рекламных роликах.

– Слушаю.

Стаккато[8 - Стаккато – отрывистый, без плавного перетекания звуков, способ исполнения нотных последовательностей.]-фразами ассистент Ханс Лео сообщил о страшной находке в канализационном туннеле.

– Только этого не хватало… – Деллуччи сглотнул. – Вы уже знаете, кто эта несчастная?

– Нет, полиция не открывает ее имени. Трагический случай, безусловно. Комиссар советовал отменить спектакль. Я объяснил ему, что это исключено. Я только что говорил с его начальником. Он не разделяет опасений комиссара. Так что премьера состоится, как было запланировано.

– Отлично. Я знал, что могу рассчитывать на тебя, Ханс.

– Конечно.

Если Деллуччи и почувствовал облегчение после этого разговора, то незначительное.

Опустился в кресло. Его взгляд переместился на развернутую газету на столе и остановился на старой фотографии в рубрике «Культура», где Деллуччи было лет тридцать пять. «Самый завидный жених Дрездена» – гласил заголовок.

Когда-то его сравнивали с молодым Марио Адорфом[9 - Марио Адорф (р. 1930) – популярный немецкий актер.], с которым у Деллуччи не было ничего общего, кроме имени. Но стоит ли из-за этого расстраиваться? У немецких СМИ ограниченный репертуар сравнений, и они, конечно, никого не хотели обидеть.

Может, из-за такой вот ограниченности и Дрезден не хочет принять его «Огненного ангела»?

В дверь постучали.

– Войдите!

Это был Леннард Юхансон, артист с мальчишеским лицом, исполнитель партии рыцаря Рупрехта. Он прошмыгнул в кабинет, как вор, осторожно прикрыл дверь и хитро подмигнул Деллуччи.

– Ты почему не со всеми? – возмутился директор и бросил взгляд на кроссовки Юхансона.