Проклятие Темного

Затем мы остановились, и он заставил меня пригнуться, касаясь головы. Совсем скоро я заметила мерцание света вдалеке, мы зашли в туннель. Дроу всегда предпочитают находиться глубоко под землёй, а я чувствую здесь себя странно. И, если честно, страшно было бы остаться в этом месте одной.

Мы прошли ещё немного, и он открыл передо мной дверь. Комната была освещена куда лучше, чем коридор. Мы были здесь одни, что не могло не радовать. Он не повёл меня глубже в логово и не завёл с парадного входа, иначе бы я точно не осталась незамеченной.

Я не готова была увидеть всё, что здесь происходит, ни тогда, когда Ансэль для меня что-то значил, ни тем более сейчас, когда я старалась забыть, что мы были близки и в принципе знакомы. Но за то, что сейчас мы стояли посреди небольшой комнаты вдали ото всех, я была благодарна.

Он указал мне на деревянную лавку возле стола и, пока я снимала накидку, принёс несколько бокалов с напитками.

Сам сел у стены на деревянный стул, закинув ноги на край лавки.

Его затяжной взгляд на бокал, поставленный около меня, значил, что Ансэль хотел, чтобы я выпила. Недоверчиво покосившись на бокал, я взяла его в руку, янтарная жидкость благоухала сладким цветочным ароматом – нектар.

Я уже была знакома с тем, что высоко ценилось у дроу, хотя встречала их очень мало. Также я была знакома со свойствами нектара, это мог быть просто приятный напиток, что было скорее исключением, но чаще он влиял непредсказуемо. Видя мою насторожённость, уголки его губ поползли вверх.

– Я помню время, когда ты безоговорочно доверяла мне.

– Я не помню этого времени, зато прекрасно помню то, где ты обманул меня. Думаю, ты именно тогда растоптал то фантомное доверие, о котором говоришь.

Вероятно, всё пойдёт не совсем так, как я хотела. Смолчать оказалось сложнее, чем я думала.

Его глаза блеснули опасным огоньком.

– Катарина-Катарина, – он протягивал моё имя, будто смаковал. – Ты просто хотела меня видеть лучше, чем я есть, хотя не помню, чтобы давал тебе повод о таком подумать.

Ты сама виновата в том, что тебе было больно, если бы не строила иллюзий, а приняла меня таким, какой я есть, всё было бы иначе.

– Ты прав, – я действительно так считала, и скрывать это не было никакого смысла.

Я была влюблена в Ансэля и наотрез отказывалась видеть его и наши отношения без розовых очков. Каждый раз закрывала глаза и затыкала уши, когда слышала что-то дурное о нем или о том, чем он занимается.