Мой лучший враг

Потом мы увидели, как возле своей вишни ходит дядя Гена, но не стали его пугать: однажды за то, что мы оборвали его ягоды, он нас здорово потрепал. Потом нам попалась семья Ермаковых, но они тоже засмеялись, даже их маленький сын. Мы в расстроенных чувствах забрались на чердак и стали думать, что же мы сделали не так. Размышления не прошли даром – в дальнейшем в этом деле мы очень преуспели, усовершенствовав свою методику «пугания».

Вскоре мы посмотрели «28 дней спустя», и нас перестали вдохновлять привидения. Нашими кумирами стали зомби.

Мы научились делать крутые костюмы и неплохой грим. Из Стаса вышел отличный актер, даже я не могла так страшно закатывать глаза. А уж какие звуки он издавал! Мне было очень страшно, и людям вокруг тоже. Мы надевали старую одежду, мазали ее кетчупом, пудрили лица мукой, фломастерами рисовали синяки под глазами. Мы шли по дороге, нетвердо ступая на подкашивающихся ногах. Широко раскрытые глаза, волосы спутаны. С гримом мы старались не переусердствовать: уже поняли, что людей больше пугает естественность. Поэтому кетчуповой крови мы добавили на одежду совсем чуть-чуть. Мне кажется, нас бы испугались и без этого, ведь пугал сам факт того, что в темноте бродят странные дети.

Вечер выдался прохладный, и я даже накинула куртку. Стас был в одной футболке.

– Тебе не холодно? – спросила я.

– Нет, мне не бывает холодно, ты что, забыла?

Ах да… Стас же никогда не мерзнет. Все ходят в куртках – он надевает ветровку. Все надевают ветровки – он ходит в футболке.

Я в шутку как-то сказала, что он живет на другой планете, где всегда теплее на один сезон.

И тут мы увидели вдалеке моего деда, который возвращался с работы. Он шел по дороге пошатываясь и держал бутылку, к которой время от времени прикладывался. Мы спрятались в кустах и обдумали план действий: как бы так получше напугать деда, чтобы он от страха раз и навсегда перестал пить. Когда он подошел достаточно близко, мы встали на колени и поползли к нему на четвереньках. При этом мы шипели, рычали и клацали зубами.

– Мать честная, раскудрить твою через коромысло! – завопил дед и то ли побежал, то ли попрыгал прочь.

Я никогда не видела, чтобы он так скакал. Каждый его прыжок по длине явно превосходил рекорды олимпийцев, но вряд ли дед об этом догадывался.

Он действительно перестал пить на какое-то время. Начал ездить на работу на велосипеде – видимо, чтобы быстрее удирать от зомби. Стал чаще креститься, а еще уходить в себя и задумываться о разных вещах.