Ты убит, Стас Шутов

– Тогда поиграем в кота в мешке!

По моему позвоночнику пробежала новая волна озноба.

Совинолицый подошел к Томе сзади и натянул ей на голову пакет. Тома завизжала. Я вырывался, ругался, угрожал, но парней это только забавляло. В ушах загудело. Голос Круча доносился будто через помехи: «Что ты сделаешь ради своей подружки? На что ты готов ради нее? На что? На что?»

Томе заломили руки, и у меня сжалось сердце. Круч выпустил меня, но его место тут же занял Яйцеголовый. Круч прошелся вокруг, поднял с земли стеклянную бутылку, разбил ее о кирпич.

Аккуратно поднял осколки и протянул мне ? будто официант, подающий клиенту лучшее блюдо ресторана.

– Еш-ш-шь стекло, ? сказал он зловеще.

– Не буду, ? ответил я. Что за чушь? Он что, это всерьез?

– Ах не будешь, ну тогда…

Круч бросил на землю осколки, кивнул Совинолицему. Тот, схватив Тому, потащил ее к костру и низко наклонил над ним ее голову. Тома взвизгнула от боли. От жара пакет сразу прилип к ее лицу.

– Козлы! Да что же вы делаете? Вы же сожжете ее! ? Я опять тщетно рванулся вперед.

Тому отпустили. Она отползла от костра и соскребла с лица расплавленный целлофан. Ее лицо было все черное. Круч вкрадчиво поинтересовался:

– Так ты будешь есть стекло? Или нам поджарить твою подружку?

Я растерянно обвел глазами злые лица, надеясь, что это всего лишь шутка. Я встретился взглядом с Томой, и она потупила голову. Я знал: Тома хочет, чтобы я подчинился. Она боялась. Я закрыл глаза. Сдался.

Я понимал: торчки не шутят, они правда сожгут ее. Если я не помогу. Круч указал на землю, будто приглашал меня к праздничному столу. Я медленно наклонился, взял самый маленький осколок, неуверенно посмотрел на Тому. Все было словно в тумане. Будто это происходило не со мной. В каком-то сне.

Положив осколок в рот, я сжал челюсти. Во рту отвратительно скрипнуло. Небо тут же пронзила боль, а на языке образовался резкий вкус ржавчины. Я тщетно пытался разгрызть твердый осколок.

Круч и остальные смотрели на меня все с теми же безумными улыбками. Тома продолжала изучать землю.

«Осталось ли что-то от твоей гордости, Стас Шутов?» ? обратился я к самому себе. И… вдруг осознал, что они не причинят Томе вреда. Сломать меня. Именно это ? цель Круча. Но я этого не допущу. Я с отвращением выплюнул стекло вместе с кровью и крикнул, что они не посмеют навредить Томе.

Круч заходил из стороны в сторону, наверное, выдумывая новые пытки.