Ученик архитектора

Мальчик устроился рядом со своим другом и пообещал, что проводит того до Стамбула и, лишь убедившись, что слон добрался до нового места жительства живой и здоровый, вернется домой, к сестрам.

На следующее утро Джахан, желудок которого был пуст, как пересохший колодец, отважился подняться на палубу. Какой-то матрос, которому было ровным счетом наплевать, откуда на корабле взялся мальчик, дал ему воды и немного хлеба. Подкрепившись, Джахан поспешил к слону. Чота снова пребывал в одиночестве. Гураб явно не имел намерения проводить много времени в трюме.

Обрадованный его отсутствием, Джахан решил, что ему нечего опасаться быть пойманным – и ошибся.

– А ты здесь откуда? – раздался знакомый голос у него за спиной.

Джахан повернулся и увидел изумленного донельзя Гураба.

– Шайтан тебя задери! – взревел тот. – Что ты здесь делаешь, недоумок?

– А ты что здесь делаешь? Гуляешь по палубе и дышишь свежим воздухом? Когда ни придешь, Чота все время один!

– Тоже мне, указчик нашелся! Тебе какое дело? Эта скотина принадлежит не тебе, а султану!

Оба осыпали друг друга упреками и ругательствами, однако завязывать драку ни одному из них не хотелось.

Наконец на шум сбежались матросы и отвели обоих к капитану – смуглому человеку, питавшему пристрастие к опиуму. Капитан носил сапоги на высоких каблуках, которые громко цокали, когда он расхаживал по палубе.

– Слон один, а погонщиков двое, – изрек капитан, глядя на насупившихся мальчишек. – Получается перебор. Один из вас явно лишний.

– Погонщиком назначили меня, – заявил Гураб. – А этот сопляк пробрался на корабль тайком.

– Я ухаживаю за слоном, а он ничего не делает! – подал голос Джахан.

– Заткнитесь оба! – рявкнул капитан. – Я сам решу, кого из вас оставить.

Но он не спешил принимать решение. Гураб и Джахан, ожидая, пока определится их участь, держались друг от друга подальше и по очереди ухаживали за слоном. На корабле с мальчиками обращались хорошо, а питались они вместе с матросами, разделяя нехитрую трапезу, состоявшую из соленого мяса, сухарей и бобов.

Что касается слона, то пища, которую тот получал, была ему явно не по вкусу, а может, просто душная атмосфера трюма пагубно воздействовала на его аппетит. Так или иначе, Чота почти ничего не ел и с каждым днем терял в весе.

Матросы на «Солнечном луче», как и все моряки на свете, были чрезвычайно суеверны. Некоторых слов матросы никогда не произносили, полагая, что они притягивают несчастье.