Бархат фиалки

Тамара вышла из комнаты, чуть посидев с дочерью, а девушка так и оставалась там не выходя даже поесть.

Наступил вечер, а за ним и ночь; в доме настала глубокая тишина и Камилой начала овладевать дремота. Сквозь сон девушка услышала легкое постукивание по стеклу. Спросонья ей показалось, что это сон, но стуки продолжались. Она встала и подошла к окну. Саид стоял внизу на уровне цоколя и мило улыбался, жестом показывая открыть окно. Увидев его, от счастья и одновременной печали ее сердце стало «кричать» – «забери меня, прошу!», – но эти крики заглохли при воспоминаниях о словах матери, которая молила ее ничего такого не предпринимать.

Девушка была в замешательстве, не зная, как поступить. Она еще какое-то время стояла не двигаясь с места, а парень стоял и смотрел на нее все с той же улыбкой, продолжая показывать кивком головы, а иногда рукой открыть окно. Наконец она открыла его, и он сразу подошел ближе.

– Что ты делаешь, Камила? Скажи мне, что ты со мной делаешь?! У тебя все хорошо, ты не болеешь?

– Нет, – тихо и быстро произнесла она, чтоб слезами не выдать свои чувства.

– За все восемь месяцев нашего знакомства я впервые не смог увидеть и услышать тебя целые сутки и даже представить не мог, как это может быть невыносимо для меня. Я так больше не смогу, не делай так больше, прошу тебя! Ни одного дня, даже выходные мы не проводили не видя друг друга, это было тяжелым испытанием. Не делай так больше. Что случилось, почему ты не пошла сегодня в университет, я ждал тебя там, где обычно? Почему не отвечала на звонки, сообщения? – продолжал он умоляюще спрашивать ее, а она все еще молчала, боясь расплакаться при первом слове.

 – Ответь мне Камила, я прошу тебя, в чем дело? – девушка не выдержала и расплакалась, закрыв руками лицо.

– Я не могу, не могу. Я не смогу Саид. Что мне делать?

– Что? Что случилось? Расскажи мне, и я все сделаю, чтобы помочь тебе. Только скажи.

– Нет, ты не сможешь. Никто не сможет мне здесь помочь.

– Не пугай меня, моя хорошая, прошу тебя. С твои здоровьем все в порядке? Ты ничем не болеешь?

– Нет, нет.

Со здоровьем все хорошо, но сердце болит и душа и это болезнь неизлечима, поверь.

– Но что случилось, расскажи? – повторял он полушепотом, боясь, что его услышат.

– Я завтра выйду на учебу. Давай там поговорим?

– Ты мне предлагаешь уйти вот так, со всеми пугающими домыслами? Что я должен думать? Тебя вообще не волнует, что у меня на душе? Я не знал, куда деваться, когда не мог связаться с тобой.