Стамбульская прелестница

Просила в субботу поехать к дада, чтобы с нани на свадьбу к родственникам пойти.

– В субботу? Это же послезавтра? Хорошо, я отвезу тебя.

– Вроде бы, она писала, что дядя Рустам за мной приедет.

– Ничего страшного, не тревожь дядю, я отвезу. А где свадьба и чья?

– Я не совсем поняла, не особо разбираюсь в родственных связях, но, по-моему, мама сказала, что свадьба младшего брата Беллы. А где именно пройдет свадьба, я не спросила.

– Белла, это жена Хасана?

– Да, верно, моего дяди.

– Если мне не изменяет память, родня Беллы оттуда, откуда и Рита, с Джейраха; и свадьба, по всей вероятности, будет там.

– Ой, так далеко ехать, в такую жару. Как же мне не хочется. Может удастся отговорить маму, меня туда отправлять.

– Не нужно, Аниса. Поступай так, как велит тебе твоя мама. Развеешься немного, с новыми людьми познакомишься.

– Зачем они мне? Своих хватает. Поеду я, конечно. Да и бабушка хотела, чтоб я ее сопроводила. Не буду ее обижать.

– Я вспомнил сейчас.

Твоя тетя Белла не такая далекая родственница Риты. Рита тоже говорила, что у родственников свадьба.

– Ой, я заметила, что здесь куда ни глянь, везде родство обнаружишь. Как-то, когда ходила с нани на свадьбу, так она со всеми, что были за столом поздоровалась, а потом выяснилось, что сопровождающие гостей, тоже оказались какими-то родственниками. И разговор перешел, чуть ли, не на истории древнего происхождения их родства.

– Ахах! Да, так часто бывает здесь. Родственная паутина, как у нас любят говорить, всех касается.

Любят наши глубоко копать. Такова наша житейская суть: находить корень родства, чтоб было, о чем поговорить на мероприятиях, – расхохотался Мурат.

– А что это за огромный камень, лежит под той туйкой, в клумбе? Все спросить забывала, – невольно перевела тему Аниса. Мурат посмотрел на валун и замолк. Внезапно, на него нахлынули воспоминания, отчего он не сразу смог ответить на вопрос.

– Этот камень, Аниса, на котором ты часто любила сидеть.

Ножки у тебя, тогда помню, свисали, не доставая до земли, и ты качала ими, сидя на нем, и напевала песенки.

– Я любила на нем сидеть?

– Ага. Очень. Помню, как-то, когда тебе было три года, ты убегала от меня, и искала место, спрятаться. А потом, подбежала к валуну, вскарабкалась на него, и отвернулась к забору, прикрыв лицо руками. Ты думала, что я тебя не вижу. А я и не видел, типа. Ходил по двору полчаса, и звал тебя.