Кенгуру бояться – в Австралии не жить, или Дневник эмигрантки

К сожалению, мне не удалось расшифровать абсолютно все, так как за время моего отсутствия появились новые имена и названия оборудования.

Затем мы перешли к бухгалтерии: там черт летел и ноги свесил. Мама Джона буквально в слезах поведала мне страшную историю о каких-то двойных счетах, непонятных контейнерах, битой посуде, которую надо заменить на целую, но она не знает, где заказать наборы, так как ее сын не оставил ни адреса, ни телефона поставщиков. В общем, все с самого начала. Битый час я объясняла процедуры и еще полдня рассказывала про дурные привычки бывшего шефа и как понимать ту или иную неоконченную фразу.

В общем, работу я сделала, все остались довольны, а счастливая маман даже заплатила мне в два раза больше обещанного.

Еще через три месяца я узнала, что «Летающий венчик» обанкротился и закрылся. Джон остался должен сумасшедшую сумму денег государству и бывшим сотрудникам. А я подумала, что вовремя ушла из предприятия.

ГЛАВА 6

НОВАЯ СТРАНИЦА

Честно говоря, я долго отходила от эпопеи с «Летающим венчиком» и, порой, передвигалась по улицам как зомби.

Я никогда не знала, что такое депрессия, но все когда-то случается в первый раз. Мне было так плохо, что казалось, меня придавили скалой. Я даже написала жалобное стихотворение на эту тему, которое оканчивалось так:

…А я под тяжестью ночей и дней

Как под скалой

Чем больше времени проходит здесь,

Тем меньше сил со мной…

Реально, казалось, что силы куда-то утекают и я сдуваюсь как шарик.

Вакуум вокруг меня не исчезал, и я так же нуждалась в хорошей работе, друзьях и общении.

Как-то я шла по подземному переходу станции метро и краем глаза увидела русские буквы. Стоп! Как это возможно? Я в Сиднее. Здесь не может быть русских названий. Но они были. Вернее, одно название. Я резко повернулась, и увидела назетный киоск, на стенде которого красовался блестязий глянцевый журнал ассоциации русскоговорящих женщин в Австралии «Русский Голос».

Реально, у меня в зобу дыханье сперло. Я схватилась за журнал, словно утопающий за соломинку.

Окрыленная надеждой, я прилетела домой и дрожащей рукой набрала номер главного редактора. На том конце провода, как ни странно, ответили:

– Хеллоу.

– Хеллоу. Мне нужен главный редактор. – промямлила я на английском.

– Это я. Говорите.

– Вы говорите по-русски? – спросила я.

– Конечно.