Комната с белыми стенами

Словно иглой в сердце кольнули слова, и Мишель понимала, что она находится на грани срыва. Сильно сжав своё платье, она процедила.

–Я устала. Я пойду. Спасибо за ужин и наставления.

Она быстро встала, чем оставила Роберто в полном непонимании, так как девушка не желала ничего ему объяснять. А услышать ее, он очень хотел. Но настаивать не стал.

Мишель оказалась в своей комнате довольно таки быстро, защёлкнув замок, она уперлась своим лбом об деревянную дверь и с горестью закрыла свои глаза, из которых начинали капать слёзы.

Хотелось кричать так, чтобы сорвался голос. Свобода требовала выхода. Как и ее эмоции.

Не справляющаяся с собственными эмоциями девушка, сжала кулак настолько сильно, что ее костяшки приобрели белый цвет… И в секунду направила его в сторону стены, ударяя со всей силы, но боль совершенно не чувствовалась. Она нанесла три удара об стену, чтобы хоть немного отвести свою душевную боль от себя. Посмотрев на кулак, она увидела кровь и содранную кожу.

Она не понимала с какой силой она ударяла, и сколько ударов она сумела нанести не чувствуя совершенно ничего.

Она не стала промывать раны, а лишь убрала свежую кровь платком.

–Плевать, – сказала она, посмотрев на руку. И ее взгляд устремился совершенно в противоположную сторону. Смахнув слезу, она побежала к кровати и мигом рухнула в неё, сжав мягкую подушку. Боль и слёзы снова не оставили ей попыток на спокойный сон в новом месте.

Воспоминания о смерти отца не оставляли в покое ее.

Роберто не упоминал о нем за весь ужин, но слова о «лечении и курсе терапии» заставили ее вновь погрузиться в атмосферу последних дней папы, которые он провёл в больнице под нужным курсом терапии, которые были противопоказаны ему. Непредусмотрительность врачей погубила его, и с тех пор, Мишель не доверяет ни одному медику, ни одному лечению, что ставит он. С этим страхом, она боится лечиться сама, ведь она видела, с какими мучениями скончался ее отец. Но проблема в том, что лечить ее болезнь необходимо. И здесь ситуация обрела сложный характер.

К тому же сложная тема с ее работой тоже не заставила себя долго ждать. Это ее одна из сильных болей в жизни, которую она не смогла исправить. Безысходность сдавила девушку всю. И теперь, слушать наставления Роберто как правильно жить было невыносимо трудно. Ведь снова возникает ситуация, что ее никто так и не понимает. А значит, она снова осталась одна при себе.