Возлюбленная мертвеца

Неужели похищение и избиения послужили своего рода толчком для прорыва моего дара. Ведь я впервые только здесь смогла хоть как-то заставить его работать по моему желанию.

Вдруг я услышала свой собственный спокойный голос. Он был мой, но в то же время он был словно чужой, такой странный и отрешенный, такой холодный.

– Демоны ждали, души скорбели, много истерзанных жертв погубил. Дева бесстрашная лишь защищалась, жнец давно жаждал душу его, боги оружие в руки ей дали, жнец направлял силу её, в око клинок они с силой загнали, так прекратился путь жизни его.

Вдруг оцепенение от всего сказанного сковало моё тело. О боги, что я сейчас сказала? Это я сказала? Или кто-то говорил через меня?

Мурашки побежали по моему телу, а на лбу выступил холодный пот. Я перевела взгляд на брата императора, он стоял словно статуя, бледный и неподвижный. Затем, он, будто бы очнувшись, вздрогнул.

– Что ты сейчас сказала, тварь!? – закричал он на меня.

А затем он нагнулся и сильно схватил меня за волосы.

– Может, ты видишь и свою смерть? Посмотри мне в глаза, я буду тем, кто прервет твой путь жизни.

Я не знала, что со мной произошло, но я почему-то совершенно перестала бояться. Страх просто куда-то ушел. И как бы сильно ни бил меня герцог, как бы ни причинял мне боль, я все равно не боялась.

– Я не боюсь умереть, – тихо и спокойно заявила ему я, – Ибо я знаю, что моя смерть не наступит сейчас и не от ваших рук.

Он замер, а я продолжила:

– Зато я знаю, каким будет ваш конец, – тихо проговорила я, все также спокойно смотря ему прямо в глаза.

Он сжал руки у меня на горле и свирепо посмотрел мне в лицо. Я же оставалась совершенно бесстрастной.

– Нет страшнее этого проклятья, страстный смерти поцелуй выпьет жизнь твою до капли.

Услышав мои слова, его лицо исказилось, он весь словно затрясся.

– Ведьма, ты думаешь, я поверю тебе? – прокричал он мне с яростью и влепил звонкую пощечину.

От силы его удара у меня все потемнело в глазах. Злость и ненависть к этому человеку поглотили меня.

Это я для него храбрилась, говоря, что знаю обстоятельства своей смерти. Но на самом деле, это не было правдой. Даже самые лучшие оракулы могли видеть многое, практически всё и обо всех, но никто из них не мог увидеть собственный конец. Знали об этом лишь единицы. Я тоже знала, что мне не дано увидеть и предсказать собственную смерть, как и несчастья, так и любовь.