Настенька

Глядь, а у меня кроме мужских тулупов и нет ничего. На улицу не выйти, сапог тоже нет.

Женщина задумалась, а потом махнула рукой.

– Давай-ка полезай на сенник, – скомандовала она, деловито глядя куда-то на потолок, – Там твои, да матушки твоей и сапожки, и валенки, да и тулуп овчинный твой лежит. Я перед похоронами припрятала…

Женщина вдруг осеклась и потупилась, видимо имея в виду именно мои похороны. Помрачнела и я, вспоминая, как очнулась в гробу с закрытой крышкой. Судорога ужаса от всего пережитого пробежала по моему телу, и я нервно задышала, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Видя моё состояние, женщина в последний момент успела подхватить меня, не дав повалиться на пол, и усадила на лавку, интенсивно растирая мои запястья и виски.

– А руки-то ледянущие какие?! – с ужасом принялась она тереть мои холодные ладошки, – Давай девонька, держись, не ровён час помрёшь ещё.

Я медленно приходила в себя. Матрёна подала мне полный черпак воды, и я жадно принялась пить, чувствуя, как с каждым новым глотком ко мне возвращались силы.

– Сейчас к старосте пойдём, по поводу козы говорить будем. Не робей, девка, глядишь, воротим скотинку. Всё ж молочком козьим разживёшься, а то смотреть на тебя страшно, кожа да кости, – женщина тяжело вздохнула и удрученно покачала головой, – Да переодеть тебя надобно. Не дело молодой девке в мужских портах расхаживать.

Я торопливо опустила на себя взгляд и посмотрела на свои худые ноги с одного бока, затем с другого.

И что не так? Эх, знала бы Матрёна, сколько времени мне потребовалось, чтобы ушить это безобразие и приспособить что-то вроде пояса, чтобы этот ужас с меня не сползал. В конечном итоге, на мне красовались широкие мужские штаны из плотного тёмно-коричневого сукна, тонкая рубашка, видимо предназначенная под сарафан, но использованная мною как нижняя сорочка. А сверху я натянула плотную свободную простую рубаху, грубо сотканную из серого льна. Она доходила мне до середины бедра и напоминала тунику. Финальным штрихом служил широкий коричневый пояс, он видимо шёл в комплекте с брюками, и который теперь плотно облегал мою узкую талию, тем самым ещё сильнее подчёркивая хрупкость юного девичьего тела.

А вот с бельём мне довелось повозиться часа три, не меньше. Конечно до шикарных изделий Victoria’s Secret мне было как до Пекина в одной позе, но всё же это лучше, чем ничего. Ну не приучена я ходить без белья.