Алекс и Ливия

Неожиданно, я услышала звук проезжающей машины, и не поверила своим ушам, затем новая машина пронеслась со свистом. Тут уже я позволила себе обрадоваться.

«Там дорога, придется ловить попутку и просить подвезти. Только бы не вляпаться в какую-нибудь неприятность», – подумала я. Выйдя на шоссе я увидела припаркованный впереди автомобиль и человека стоявшего облокотившись на капот. Подойдя ближе я не поверила своим глазам. Это был Алекс, который выглядел как будто бы ждал меня потому что у нас была назначена здесь встреча.

– Садись быстро в машину пока не окаменела и не заболела.

Я послушно села слева от водительского сидения. Он молчал всю дорогу, я тоже не находила, что сказать.

Первой решив прервать тишину я робко произнесла глядя перед собой и стала ждать его реакцию:

– Знаешь, ты мне снишься.

Он продолжал быть серьёзен, мельком взглянул на меня и снова уставился на дорогу.

– И что же я делал в твоём сне?– наконец спокойно спросил он.

– Выпил мою кровь, – не медля ответила я.

Выражение его лица изменилось, вместо прежней строгости на нём появилось сожаление и расстройство.

– Мне кажется, что ты хочешь со мной поговорить, но почему-то не делаешь этого, – искренне сказала я.

Он промолчал.

– Что происходит?

– Тебе пора, – сказал он и резко притормозив остановился у кампуса.

– Не имеет смысла говорить тебе, что опасно гулять поздно вечером, тем более уходить в лес, ты всё равно делаешь всё наоборот. Не делай глупости снова, Ливия, прощай.

Я хотела сказать, что хочу поговорить с ним, но видела, что он настроен серьезно, и не собирается со мной вести диалог, я вышла из машины и пошла в корпус ощежития.

Я держалась пока заходила в парк, пока шла по коридору, но когда вошла в комнату слёзы хлынули из моих глаз, и я начала захлебываться ими от обиды, от боли, от того, что не понимаю почему он так со мной, почему нельзя поговорить, и почему мне всё равно так хочется, чтобы он был рядом.

У меня есть к нему чувства, я это признала давно, но почему мне кажется, что и у него они есть ко мне, только он их тщательно скрывает.