Лигориум

Наконец, стражники поравнялись с улочкой, на которой прятались Ксанна и Тук.

– Кажись, я слышал какой-то звук! – донесся до Ксанны грубый голос. Она увидела отсвет факелов в начале улочки и несколько смутных фигур. Ксанна сильнее вжалась в стену.

– Да нет там никого, Дэйр.

Свет приблизился – стражник пытался осветить всю улицу.

– Это крысы.

– Нет же, я точно слышал!

– Ты точно слышал крыс. Пошли, ребята, – улочка начала погружаться в темноту. Рядом с Ксанной тихонько выдохнул Тук.

Они немного постояли, затем Тук коснулся ее руки и пошел вперед.

Мальчик ничего не сказал, и Ксанна была ему благодарна. Это она нашумела, споткнувшись и едва не упав. Подумать только, маленький горожанин крадется тише, чем Ойя-воительница! Вот тебе и могущественные нелюди, с горечью подумала Ксанна.

Все детство девушка провела в водах Безмолвия, пробудивших ее. Маленькую Ойю постоянно окружали мудрые, величественные сестры. Движения их были неторопливыми и плавными, тихие голоса напоминали журчание ручьев, лики дышали умиротворенностью.

Ее наставнице Вивианне было больше трехсот лет, поэтому даже самые шальные проделки юной Ксанны не выводили Ойю из равновесия. Однако когда Ксанна предпочла боевые умения мудрости Ойей, многие были недовольны.

– Ксанна, юная сестра, – увещевала ее Вивианна, когда растрепанная, вся в царапинах Ойя возвращалась из Темного леса, – ты Ойя. Твой удел – мудрость. Оставь войны нашим братьям.

– Ну и что, что я Ойя! – вскидывалась Ксанна.

 – А как же Лианна? А Динна и Миена? А Ойи в Западном лесу?

– Немногие выбирают путь войны. Это их путь, и никто не вправе препятствовать им. Но никто, никто до тебя, Ксанна, не принимал подобное решение, будучи одиннадцатилетней.

– Какая разница, сколько мне лет, Вивианна?

– Ты можешь передумать. Ты передумаешь. Но обратного пути не будет. Война и мудрость несовместимы.

Кажется, тогда Ксанна выпалила, что не хочет через триста лет превратиться в скучную мумию, и убежала.

С тех пор ее никто не трогал, а заботам Вивианны поручили другую, только что пробудившуюся Ойю.

Чем старше и мудрее была Ойя, тем большего единения с водой она достигала. Верховные Ойи могли поднять реку из берегов и управлять ею, так что, людские легенды в чем-то не врали. Одного горожане не могли понять – Верховная Ойя не станет пользоваться своей силой. Слишком далеки мудрые дочери Безмолвных от подобных разборок.