Возвращение блудного сына

А живота в помине нет.

И голос его громок, сочен.

И жилист он, хоть не атлет.

И внешне он спортивен, собран.

И выглядит он не простым.

Ещё по моде был бы «убран»,

Дать фору мог бы молодым!

Лица морщины и не портят.

А искорки в его глазах

Любовный обещают фортель!

Но он пока на тормозах.

На женщин смотрит то и дело

Интеллектуальное лицо.

Загар его покрыл всё тело.

Надеюсь, кое-что ещё?

И я любуюсь этим дедом!

Любуюсь мудростью годов!

Да и влюбляюсь между делом,

Как пионерка, «Будь готов!».

Втемяшилась идея в темя.

Такие, девки, вот дела!?

Спросил меня бы: «Сколько время?»,

То я бы дедушке… дала!

P.S.

Я же нежная, росток,

Зелёная…, картошка.

Хоть девичий пришёл срок,

Для него я крошка.

Да! Ему бы я дала!

Пусть меня окучит!

Нет! Пожалуй, соврала:

Совесть ведь замучит.

Платону поначалу даже захотелось подойти к ней и познакомиться. Но его мозг быстро просчитал возможное развитие их отношений и последствия этого для всех.

И ветеран сдержался, однако, втайне всё же надеясь на инициативу самой девушки. Но вскоре ситуация неожиданно резко изменилась. Девушка встала и, не оборачиваясь, пошла на выход к противоположной двери, будто бы завлекая его за собой. Но Платон устоял.

Если обернётся и призывно взглянет на меня, тогда сорвусь с места! А если нет, тогда и суда нет! – сразу для себя решил он.

Знать, суда нет! А я всё же кобель! Уж жизнь идёт к концу, а ничего во мне с годами не меняется!? – через секунды, наконец, понял он про себя.

Как всё на свете заканчивался июль, однако погода не менялась.

Не менялись и многие люди из окружения Платона.

Например, самый главный «муравей» их садоводческого товарищества – крупный, зрелый мужчина, внешне похожий на попа, или на интеллигента-гуманитария – каждое лето откуда-то перевозил землю на свой участок.

Наблюдая в очередной раз его согбенное, под тяжестью большой тачки с землёй, крупное тело, неспешно даже в жару толкающее перед собой драгоценный груз, Платон вдруг явственно, реально ощутил, как действительно бывают неисповедимыми пути господни!?

И это подтвердилось неожиданной смертью его почти ровесника, через дом соседа по даче, Анатолия Пустовойта.

В пятницу, 30 июля, пока Платон вечером после работы играл за соседними участками в футбол, его соратник погибал от сердечного приступа. Даже прибежавшие на помощь опытные врачи с их садоводческого товарищества не смогли ничего поделать.