Тирамису для одинокого детектива

Почему-то всегда испытывал удивительную симпатию к игрушкам с лёгким признаком несовершенства. Они казались ему живыми, со своим характером, и пусть не совсем идеальные, но от этого не менее очаровательные.

Этот представитель медвежьей породы оказался немного косоглазым и слегка грустным. Огромная белоснежная морда была лишена привычной улыбки, а огромный бант на шее малинового цвета придавал его образу некоторый оттенок торжественности. Снова осмотрев плюшевый экземпляр со всех сторон, Воропаев перебросил его через плечо и стремительно пошёл на кассу.

Когда он усадил на заднее сидение огромного зверя и сел за руль, Алексей с улыбкой обернулся назад и посмотрел на игрушку.

– Это для твоего младшего сына?

Воропаев повернул голову и посмотрел на него.

– Ты знаешь о нём?

– Знаю. Слышал, как мама говорила с бабушкой о том, что ты стал отцом во второй раз. И что эта особа дурачит тебя. Говорила также, что ты…

– Лёша, всё, что говорит твоя мать в отношении Риты и малыша, это неправда.

– Почему ты не живёшь с ней? Это из-за нас?

– Ты здесь ни при чём, просто твоя мать…

– Ты больше не любишь её?

– Знаешь, я любил её когда-то, но она ушла от меня, потому что сделала выбор в пользу другого мужчины. Сейчас ты уже большой, и я уверен, всё понимаешь. Я встретил Риту полтора года назад, и эта женщина смогла наполнить мою жизнь счастьем и любовью.

– Ты познакомишь меня с ней?

– А ты действительно этого хочешь? – Воропаев внимательно посмотрел на сына.

– Хочу. И с её сыном тоже очень хочу познакомиться, он ведь мой брат.

Александр улыбнулся.

– Может тогда прямо сейчас, и заедем к ним? – он посмотрел на Алексея.

Мальчишка с улыбкой кивнул, но едва Воропаев завёл двигатель автомобиля, Лёша коснулся его руки.

– Подожди! А цветы?

– Цветы? – Воропаев вопросительно посмотрел на сына.

– Мы не купили цветы для твоей любимой женщины.

Александр улыбнулся.

– Ну, тогда пошли вместе эксперт.

Через несколько минут, они, наконец, покинули парковку торгового центра и направились в кондитерскую Марго.

Припарковав машину, Воропаев вышел на улицу и, взяв с заднего сидения медвежонка и обняв сына за плечи, направился к зданию кафетерия. Они зашли в вестибюль и, поздоровавшись с продавцом, прошли за прилавок и, распахнув дверь, оказались в подсобке.