Раздевайся, мышка

 – Захотелось приключений на одно место? То самое, которое голое…

От этого беспардонного замечания я еще больше краснею, причем не только лицом, но, кажется, даже той самой частью тела, о которой идет речь. И он серьезно рассчитывает, что после этого я сяду в его авто?

– Таксист же не будет знать, что я… эм, что на мне нет белья, – мнусь я и уже про себя добавляю: «в отличие от вас».

– Ну-ну, – хмыкает босс, скользя взглядом по моим голым ногам. – Ты в мужской кофте, мышка. Тут и к бабке ходить не надо, что у тебя там ничего нет.

– Таксист может подумать, что это кардиган унисекс, – упрямо возражаю.

– Насчет уни не знаю, но о сексе он стопудово подумает. С тобой, ясен пень. Точно этого хочешь?

– Нет, – возмущаюсь я, – разумеется, нет!

– Тогда хорош ломаться и поехали. Время позднее.

– Ладно, – вздыхаю и иду к своему столу за сумкой. Ее курьер, надеюсь, не увез по ошибке?

К счастью, сумка лежит там, где я ее и оставила. Правда, кроме кошелька, мобильного телефона и ключей от квартиры, там ничего нет.

Когда-то я читала, что французские женщины всегда носят в сумочке новую пару колготок на случай, если пойдет стрелка, и сейчас очень жалею, что не взяла себе такую привычку. Не уверена, что прозрачные капронки меня бы особо спасли в данной ситуации, но хоть немного уверенности бы точно придали.

Делаю себе мысленную пометку притащить, как минимум, два комплекта сменной одежды в понедельник и смиренно двигаюсь к выходу, по пути успокаивая себя.

Ну что такого может произойти по дороге? Босс действительно спешит домой, вон как к лифту бежит. Домчит меня прямиком до подъезда, чтобы не светила нигде своими прелестями, и поедет по своим важным делам. Может, его вообще жена дома ждет. Ну или девушка. Кольца-то на пальце нет. Я чисто на автомате проверила еще вчера.

Однако, стоит нам зайти в кабину лифта, как я вдруг понимаю, что произойти по дороге может многое. Во-первых, мы можем застрять. Вон как натужно скрипит эта металлическая коробка под весом здоровяка.

Во-вторых, я могу элементарно задохнуться. Сейчас, в закрытом пространстве, запах этого мужчины множится, словно плесень во влажной среде. И я бы хотела соврать, что аромат этот вызывает у меня такое же отвращение, как и она, но нет… пахнет Кулаков потрясающе. Тогда, в студии, когда он наносил шиммер на мое тело, вокруг было много других посторонних запахов, которые волей-неволей перетягивали внимание на себя.