Раздевайся, мышка

Меня снова бросает в жар, и я начинаю всерьез подозревать, что Кулаков меня чем-то заразил. А что? Это бы вполне объяснило и нездоровый блеск в его глазах и то, каким невероятно горячим казалось его тело подо мной и самое главное – то, что произошло в его авто.

Точно! Горячка – это самое логичное объяснение из всех возможных! Вот же гад! Мало того, что больной на работу пришел, так еще и целоваться полез! Наверняка, это какая-то кишечная палочка. У меня весь вечер живот как-то странно крутит, будто кто-то с силой давит на него под водой.

И этот жар, вызванный его бациллами, пульсирующими волнами распространяется вверх по всему организму. Господи, как бы в инфекционку не загреметь опять! В школе я там как-то две недели провела, когда мы с классом отправились в поход и наелись некачественных консервов. Ужасное было время! Так и знала, что от такого мужчины одни проблемы будут! Я ему не прощу, если снова придется лежать под капельницами! До его появления в фирме у нас все четко было, ни одной осечки! А тут за один вечер и контракт едва не сорвался, и вещи мои исчезли, и… про то, что случилось в сумраке авто, вообще лучше не думать.

Хотя теперь, зная, что он заразил меня каким-то гриппом, меня хотя бы совесть не так мучает за урон, который я нанесла дверцам его машины. Так ему и надо! Нечего вирусы свои так активно распространять!

С этими мыслями я, наконец, засыпаю, но и во сне босс не оставляет меня в покое. Ходит, словно тот ежик в тумане, вокруг моего дома, только вместо заунывного «лошааадка», он, конечно же, кричит «мыыышка».

Глава 14 Марьяна

Несмотря на то, что я выпила жаропонижающее и несколько блистеров активированного угля, все выходные меня продолжает лихорадить, и утром понедельника я принимаю волевое решение не идти на работу. Разумеется, исключительно потому, что я не такая безответственная, как босс, и не хочу никого заразить, а не потому, что боюсь его увидеть.

Уверена, Кулаков тоже догадался, что все произошедшее лишь следствие его болезни, так что бояться нечего.

На деле же, когда звоню Соне, чтобы предупредить о своем отсутствии, я несколько раз специально кашляю в трубку, чтобы на всякий случай выиграть себе еще пару дней отгула. А там, глядишь, и старый добрый начальник вернется в свое кресло, а его сын отправится по своим бандитским делам. И мы с ним больше никогда в жизни не увидимся. Ну не красота ли?

Красота, конечно.