Раздевайся, мышка

Но три дня назад в кресле начальства мы внезапно обнаружили его сына.

Признаться честно, сначала мы подумали, что это натуральный рейдерский захват. Настолько устрашающим Кулаков-младший выглядел. Но потом кто-то из бухгалтерии узнал в здоровяке родного сына нашего начальства, и пришлось смириться с тем фактом, что на ближайшее время у нас новый босс.

– Мужлан неотесанный! Деревенщина! – выдаю я на нервах. Сейчас, когда свирепый взгляд этого зверюги не пытается меня испепелить, из моего рта сыплется все то, что я боялась сказать в кабинете.

 – Пусть дальше идет носы должникам ломать, а мы и без него справимся! Модель ему не глянулась, представляешь! Воблой ее назвал! А еще сказал, что мы много тратим! Видите ли, гонорар Бланко ему не понравился. Да что он в этом понимает? Чурбан!

Сонечка бешено вращает глазами и несколько раз открывает и закрывает рот – прям как я пару минут назад в кабинете босса. Неужели успела так проникнуться к Алексею Игнатьевичу, что сейчас расцарапает мне лицо в попытке его защитить?

Правда, когда я, наконец, замечаю, что смотрит она не прямо на меня, а слегка влево, аккурат туда, где находится дверь, из которой я только что выбежала, у меня начинают закрадываться первые подозрения.

Я медленно, словно в замедленной съемке, оборачиваюсь и натыкаюсь на пылающий гневом взгляд здоровяка. Его грудная клетка хаотично вздымается, будто он вознамерился занять своим телом все пространство приемной. А вот мне, наоборот, хочется сжаться до минимальных размеров и заползти в какую-нибудь щель.

– Сонечка, сделайте мне, пожалуйста, кофе, – бархатистым баритоном просит он и затем, обратив на меня свой взор, уже совсем другим голосом спрашивает:

– Ты еще здесь?

Глава 2 Алексей

– Все под контролем, – заверяю отца по телефону. – Все работают, никто не филонит, не переживай.

– Я скорее за них переживаю, чем за проекты, – смеется отец. – Ты там давай с ними полегче. Марьяночку мою не обижай.

Да ее уже и так природа обидела, куда мне еще? Добивать не в моих правилах. Хотя, признаюсь, после ее пламенной речи очень хотелось нагнуть ее прямо там в приемной и отходить ремнем. Нашла, блин, деревенщину в «Армани». Сама напялила на себя мешок из-под картохи и ходит довольная. Ей на вид не больше двадцати пяти, а одевается как старая бабка.

Хотя пусть лучше так. Не уверен, что готов лицезреть ее прелести в обтягивающем мини.