Лето 1969

Ей тринадцать, и она знает, что брат и сестры, будучи подростками, самостоятельно жили в маленьком домике, но отчего-то сомневается, что ей хотя бы когда-то позволят переехать из особняка. Хотя, пожалуй, выйдет устроить в «Пустячке» нечто вроде клуба: тихое место, куда можно спрятаться, чтобы почитать или сбежать от витающего в воздухе напряжения.

Джесси тянет на себя дверь – скрип знаком ей как собственный голос – и удивляется, отчего Кейт не додумалась спрятать телевизор в «Пустячке». Экзальта сюда никогда не заходит.

Внутри домика пахнет беконом. «Бекон? – недоумевает Джесси. – Неужто тут кто-то готовил?» У нее урчит в животе. Она заглядывает в спальню внизу, которая раньше принадлежала Тигру. Постель не заправлена, на тумбочке лежит «Крестный отец». Джесси переводит взгляд на шкаф. Там одежда, мужская одежда.

Это еще что?

Джесси вдруг чувствует себя Златовлаской из сказки про девочку и трех медведей. Она на цыпочках поднимается по лестнице, потому что теперь слышит шум, ритмичное чавканье, а затем тихое ругательство: «Черт».

– Эй? – зовет Джесси. Она просовывает голову между перилами и видит мальчишку, вероятно на пару лет старше ее. Тот лежит на диване с ракеткой, к которой привязан мячик на резиновом шнурке. На парне только горчично-желтые плавки, ожерелье из бусин вампум и браслет из белой веревки.

Он садится.

– О, привет. Наверняка ты Джесси.

Парень уже загорел, его волосы отблескивают золотым оттенком, который – Джесси точно знает – может появиться, только если плавать в соленой воде, а затем давать волосам высохнуть на солнце.

По крайней мере, так утверждает Кирби. У Джесси волосы темно-каштановые и такими и остаются все лето. Она замечает, что веревочный браслет парня новый: он все еще белоснежный и свободно болтается на запястье. Джесси запамятовала, что бывают такие украшения.

В начале каждого лета они с Кирби и Тигром шли в магазин подарков «Семь морей» и выбирали себе по совершенно новому браслету из чистой белой веревки, который потом с каждым купанием усаживался и тончал.

К концу лета он становился грязно-серым и плотно облегал запястье Джесси, но Кейт каким-то образом просовывала лезвие ножниц между веревкой и кожей, чтобы разрезать браслет до их возвращения в Бруклин.

– Ты кто? – спрашивает Джесси.

– Пикфорд Кримминс, – отвечает парень. – Можно просто Пик.

– Пик, – повторяет Джесси. – Значит, ты как-то связан с мистером Кримминсом?

– Я его внук.