Телепатический удар

Дежурного, да и большинство присутствующих, больше не тянуло веселиться, лишь некоторые продолжали сдерживать улыбки, однако и их пробрал мой звонок. Большинство же занялось поступающими о произведённой проверке данными. Пока второй раз не засекли, я поспешила выйти из контакта.

Личная охрана тем временем, похоже, выяснила то же самое и даже решила прислать предупреждение. Усмехнувшись, я полистала отчёт о «визуальных эффектах» – так и подмывало расхохотаться. Разработчики, команда землян, определённо были в ударе, откуда, вероятно, и выросли белые пушистые ноги.

В ответ на мелодичный перелив пульта пришлось придавать лицу надменное и холодное выражение. Приёмные – да и рабочие – часы давно окончились, посетителей не ждала. А уж после случившегося смягчаться и вовсе не спешила.

На площадке телепорта высветилась фигурка моей матери, авто-пульт добросовестно доложил, что леди Рабэлла ждёт встречи – и я приняла её, хотя знала, о чём пойдёт разговор.

Хотелось бы ошибиться. Но мама села в кресло для посетителей, подтверждая догадки твёрдым взглядом.

– Луэлин… – начала она осторожно, но в то же время непреклонно. – Надеюсь, ты понимаешь, что… для объединения галактик должна выйти замуж за Кентилио Пегалио Дэлизи.

Меня внутренне передёрнуло при упоминании докучливого кентавропегаса. Венец сложнейшей иерархической лестницы – сам кентавр копыто в ней сломит – Повелитель Галактики Бэтазийской Культуры! Увидев меня, он, похоже, сразу же решил, что я непременно должна войти в арсенал украшений его дворца, либо любимых игрушек – не знаю, но бросал вполне ясные взгляды.

Пусть лицо у него довольно сносное… может, к нему ещё можно было бы привыкнуть… Но прожить вместе жизнь и, вдобавок, иметь от него детеподобных – уж слишком!

Это был, конечно же, крик женщины, которую королева отстранила на задний план, внешне оставшись спокойной.

– Думаю над этим, – бесстрастно ответила я.

– Обыкновенный политический союз, Луэлин… – добавила она чуть мягче, вероятно, желая сгладить вмешательство.

– Его красноречивые взоры свидетельствуют о том, что на уме у него далеко не один лишь политический союз, – усмехнулась я. Взгляд её снова стал строгим – она намеревалась настаивать на своём до последнего.

Однако я поднялась, давая понять, что разговор окончен. Без лишних эксцессов рассталась с мамой, чтобы слетать к тому, чьи советы всегда были для меня наиболее ценными – к Барелу, брату-близнецу.