Его и ее

Мы имеем полное право снимать здесь, – говорю я.

Самая лучшая линия поведения, которую я могу предложить, – тянуть время, чтобы дать Ричарду возможность сделать приближение и снять еще несколько кадров крупным планом.

Мужчина-сыщик делает шаг вперед и закрывает линзу ладонью.

– Смотри у меня, приятель, – говорит Ричард, отходя назад и направляя камеру на землю.

– Я вам не приятель. А ну давайте обратно на стоянку, чтоб вас, не то арестую.

Мужчина-сыщик смотрит на меня и только потом поворачивается обратно к палатке.

– Мы просто делаем свою работу, зачем же быть таким кретином, – бросает Ричард через плечо, когда мы уходим.

– Тебе удалось что-нибудь снять? – спрашиваю я.

– Конечно. Но я не люблю, когда трогают мою камеру. Мы будем жаловаться. Выясни, как зовут этого парня.

– Не надо выяснять, я и так знаю. Это главный инспектор сыскной полиции Джек Харпер.

Ричард смотрит на меня большими глазами.

– Откуда ты знаешь?

Секунду я думаю, а потом отвечаю:

– Мы уже встречались.

Это правда, хотя и не вся.

Он

Вторник 08.45

Встреча с Анной выбивает меня из колеи, но я никому не собираюсь говорить правду. Мысленно я все время прокручиваю сцену нашего столкновения, пока она не превращается в раздражающий рефрен, каждую строчку которого я знаю наизусть, и выплескиваю свою обескураженность на окружающих. Я бы хотел лучше справиться с этой ситуацией, но у меня уже начинается череда плохих дней, и ее не должно быть здесь. В моем гардеробе висит совершенно новая рубашка, которую я мог бы сегодня надеть, если бы знал, что увижу ее.

Рубашка висит там несколько месяцев, но до сих пор на ней заломы – ее прислали в свернутом виде. Сам не знаю, для чего я ее берегу – я же никуда не хожу с тех пор, как переехал сюда, – а теперь она увидела меня в таком виде, в мятой одежде и куртке, которая старше некоторых моих коллег. Делаю вид, что мне все равно, но это не так.

Здесь все кишмя кишит грузовиками со спутниковыми антеннами, операторами и репортерами.

Понятия не имею, как пресса, включая ее, так быстро узнала подробности. Какой-то бред. Даже если они узнали о найденном теле, в этот лес можно войти с разных сторон, а сам он тянется на мили вдоль долины и окружающих холмов – половина которых мне даже неизвестна, – и здесь есть несколько стоянок, так что я не понимаю, как они выяснили, что нужно подъехать именно к этой. Тем более что Анна появилась практически первой.