Его и ее

– Это правда, что жертва – местная жительница?

Я даже не поворачиваюсь в ее сторону.

– Без комментариев.

– Вы сказали, что в настоящее время обстоятельства смерти еще не выяснены, но вы можете подтвердить, что расследуется убийство?

Я знаю, что камеры по-прежнему снимают, но начинаю уходить. Анна не из тех женщин, которым нравится, когда их игнорируют. Не получив ответа на свой последний вопрос, она задает другой:

– Это правда, что жертва была найдена с посторонним предметом во рту?

Тут я останавливаюсь и медленно поворачиваюсь к ней.

В голове роится сотня вопросов, когда я смотрю в зеленые глаза, которые, оказывается, смеются. Только два человека знают, что во рту жертвы найден предмет, – сержант сыскной полиции Пэтел и я. Я специально никому еще не сказал об этом – такая информация станет известна всем раньше, чем я этого захочу, – а Прийя умеет держать язык за зубами. Тогда возникает другой вопрос, на который я не могу ответить: как Анна узнала?

Она

Вторник 09.

00

Игнорируя взгляды других журналистов, спешу к своей машине. Я забыла, что это такое – часами напролет стоять на холоде, и жалею, что не оделась теплее. Но по крайней мере я хорошо выгляжу. В любом случае лучше, чем Джек Харпер. Как только сажусь в «Мини», завожу мотор и включаю отопление, пытаясь согреться. Я хочу позвонить так, чтобы меня никто не слышал, и поэтому прошу Ричарда снять еще несколько кадров.

Странно представить себе, что вся команда Дневных новостей сидит в отделе новостей без меня, и все идет, как обычно, словно меня там никогда не было.

Думаю, я смогу убедить Тощего инспектора дать мне выйти эфир с тем материалом, который у меня уже есть. Тогда, во всяком случае, это не будет пустой тратой времени. Мне кажется, что для ответа лучше всего обратиться непосредственно на самый верх – редактор сегодняшней программы страдает хронической нерешительностью.

В конце концов, после того как раздается больше гудков, чем следовало бы при звонках в отдел новостей канала, кто-то отвечает.

– Дневные новости, – мурлычет она.

От звука бархатного голоса Кэт Джонс мой выходит из строя.

Я вижу ее сидящей на стуле, который еще вчера был моим. Отвечающей по моему телефону. Работающей с моей командой. Закрываю глаза и вижу ее рыжие волосы и белоснежную улыбку. От мысленного образа испытываю не дурноту, а жажду. Мне на помощь приходят мои пальцы – они автоматически начинают искать в сумке миниатюрную бутылочку виски.