Альва. Дарующая жизнь

Потом снова присел рядом.

– Не бойся. Это просто ветка упала.

– А вдруг это снова ОН… медведь?

Мирос загадочно прищурил глаза и улыбнулся:

– Нет, он не вернётся.

А дальше настал очень неловкий момент. Я боялась снова взглянуть ему в глаза. Губы всё ещё жгло от его поцелуя, а щёки вдруг опалило ярким румянцем.

– Элив…

Мирос дотронулся до моей руки, а меня словно молнией прошило, и паника вдруг накрыла с головой. Я отдёрнула руку.

– Пить очень хочется, – просипела я хрипло.

– Здесь недалеко я видел небольшой ручей.

Там можно умыться и попить. Пойдём? – Он с улыбкой протянул мне руку.

И я с радостью согласилась. Пить действительно очень хотелось, а ещё больше хотелось развеять этот странный морок, витавший вокруг нас.

Пока Мирос осматривался вокруг, я умылась в прохладной воде лесного ручейка, перед этим не забыв сняв повязку с руки, чтобы не замочить её. Приложила прохладные пальчики к щекам, которые, кажется, до сих пор нестерпимо пылали.

Какая же я всё-таки беспечная! Позволила поцеловать себя незнакомцу! Матушка бы такого не одобрила.

Опять стало жутко стыдно, и я начала смачивать щёки холодной водой.

Я не заметила, как Мирос подошёл сзади, а, увидев его тень в воде, резко обернулась. Его лицо вдруг исказилось странной гримасой. Черты лица заострились, будто он сдерживал рвущийся наружу гнев. Голубые глаза заволокло тёмной синевой, словно небо перед бурей.

– Что это – метка даргов?!

Глава 11

Мирос присел рядом и схватил меня за руку.

– Это метка даргов! – В его голосе вдруг прорезались стальные ноты.

Я в ужасе распахнула глаза, не зная, что мне делать.

Зачем, зачем я сняла повязку?! Никто не должен видеть эту ненавистную метку! От неё одни проблемы, боль и страдания.

Я отдёрнула руку и, поджав губы, буркнула:

– Это не твоё дело. – Подняла повязку с земли, замотала ею руку и пошла прочь.

Меня душили слёзы обиды и несправедливости. Эта метка – как проклятое клеймо на мне. Никто никогда теперь не полюбит меня, никто не осмелится назвать своей, потому что идти против драконов – настоящее самоубийство.

Они убьют любого, кто посмеет прикоснуться ко мне. Теперь у меня одна судьба: жить в одиночестве где-нибудь подальше от драконьих владений.

– Элив! – окрикнул меня Мирос. Догнал и дёрнул за руку, разворачивая к себе. – Элив… – Он обхватил ладонями моё лицо.

Я подняла на него уже влажные глаза.

– Откуда у тебя метка даргов? – спросил он уже более мягко, но всё так же хмуро.