За гранью реальности: Охотник и Мелазиум

Я знаю, ты хочешь сблизиться с тем парнем из факультета программирования. Я могу это устроить, если согласишься. Тебе это ничего не будет стоить, но ты получишь, о чем мечтаешь. Ведь ты краснеешь каждый раз, когда видишь его, твое сердце учащенно бьется, и я почти слышу, как порхают бабочки у тебя в животе. А он, гад такой, не обращает на тебя внимания. Хочешь воспользоваться шансом? Карина, ты слышишь, что я говорю?

– Не слышу, – вновь прижимая к груди листки, девушка устало поправила волосы. – Мне пора. И не заговаривай со мной больше.

Скрестив руки на груди, Влад провожал ее взглядом в спину. Этот взгляд словно говорил «Все равно тебе никуда не деться».

* * *

В кабинет ректора Артур шел с легким беспокойством. За собой он вины никакой не чувствовал, но сама ситуация была более чем нестандартной. Павел Викторович Погорельцев никогда не покидал своего кабинета, и некоторые студенты могли за весь год учебы его так никогда и не увидеть; незримый для всех, он, тем не менее, существовал, решая все самые главные вопросы института.

Собственно, это поведение и послужило для Артура примером, когда он создавал в своем воображении Гильдию Магов. Серая лакированная дверь ничем не отличалась от сотни остальных в коридоре, на ней не было даже привычной в таких случаях золотой таблички. Глубоко вздохнув, Артур осторожно постучал, и, дождавшись приглашения изнутри, вошел.

Он никогда не был здесь раньше, однако ничуть не растерялся, молча сел на стул у стены, молча сложил руки на коленях.

Из-за стола на него уставились два мутных глаза. Если смотреть на внешность Погорельцева, то можно догадаться, почему он никогда не покидает своего кабинета – полноватый, низенький мужик, лысина обрамлена каймой рыжих волос, костюм выглядит так, будто его не стирали месяца два.

– Кто? – поинтересовался ректор, подперев ладонью щеку.

– Щербаков, факультет психологии.

– Артур Степанович? – Погорельцев неохотно взялся за папку, лежащую на столе. – Второй курс? Как же, помню. Ну, что расскажете, Щербаков? Доигрались?

– В каком смысле? – равнодушно поинтересовался Артур.

Он почти физически ощущал, как кто-то невидимый сдавливает его виски так, что они отзываются тупой болью по всему телу.

– Да уж в самом прямом, – ректор грустно посмотрел в окно. – Что у вас в этом семестре выходит общей оценкой? Пятерка?

– Вроде бы.

– Вроде бы… – повторил Погорельцев. – Вот именно. Вроде бы.

Внезапный стук в дверь заставил вздрогнуть обоих.