Брачная игра

Мужчины с первых минут невзлюбили друг друга, и Елизавета начала всерьез опасаться, как бы они не устроили потасовку. Ей пришлось охладеть к любезностям Иоанна и вновь начать оказывать знаки внимания Брейнеру. Затем ее отношение к обоим стало одинаково теплым. Каждому она позволяла надеяться на успех, но не более того. Слов предпочтения не слышал от нее никто. А Елизавета наслаждалась затеянной игрой, с каждым днем становясь все более искусной.

– Ваше величество, – жаловался Сесил, – у меня голова идет кругом от вашей неопределенности.

Думаю, что и у посланников претендентов – тоже. Я бы настойчиво рекомендовал вам выбрать кого-то одного, а остальных с достоинством отправить восвояси.

– Дух мой, как ты не понимаешь простой вещи? Пока они живут надеждой, они остаются моими друзьями! – тоном мудреца ответила ему Елизавета.

Пусть же это время продлится подольше, хотя и она сама начинала уставать от своей игры.

А тем временем добиваться руки Елизаветы вознамерился еще и датский король. Его посланник прибыл во дворец в ярко-красном камзоле, на котором было вышито пронзенное стрелой сердце.

Зрелище оказалось впечатляющим и немало позабавило придворных.

Как-то епископ де Квадра увидел королеву беседовавшей с герцогом Иоанном. Разговор происходил на галерее арены, где устраивались рыцарские турниры.

– Вижу, число претендентов на руку вашего величества продолжает расти, – учтиво улыбаясь, произнес епископ.

– Да. Многие надеются, – ответила Елизавета, которой не хотелось пикироваться с испанцем.

Внизу начинались состязания, в которых участвовал Роберт. Ей было не оторвать от него глаз. Едва подали сигнал, королева забыла обо всем, кроме своего возлюбленного.

– Возможно, вы склоняетесь к мысли заключить брачный союз с кем-то из ваших соотечественников, – осторожно намекнул де Квадра.

– Я рассматриваю разные варианты, – не поворачиваясь к епископу, сказала Елизавета.

В этот момент Роберт сбросил с лошади другого ее родственника, лорда Хансдона. Елизавета шумно захлопала в ладоши.

– Браво! – закричала она. – Браво, мои Глаза!

В галерее, неподалеку от них, находился и барон Брейнер. Он ревниво следил за королевой и ее окружением. Затем, стараясь не уронить собственного достоинства, приблизился и испросил позволения поговорить.

– Ваше величество, я не вижу для себя смысла дальше оставаться в Англии, – сказал Брейнер. Выражение его лица показывало, что он догадывается об истинном смысле игры, которую вела Елизавета.