Королева секретов. Роман об Анне Клевской

– Нет, только не мой, прошу вас! – запротестовала Анна.

Ее изобразили в профиль, да к тому же в выбранной матерью гадкой шапке. Она выглядела какой-то толстой крестьянкой, и подбородок был слишком тяжелый. Ей не хотелось, чтобы король Генрих или кто угодно другой видел ее такой. Эмили была гораздо больше похожа на себя и явно выигрывала. Не было сомнений, кого выберет король.

Вильгельм нахмурился.

– Если мне будет позволено высказать свое мнение, – вмешался Олислегер, – тот портрет леди Анны показывает ее не такой, какая она есть.

Анна благодарно улыбнулась ему.

– Тогда мы должны заказать другой, – решил герцог, – и найти для этого самого лучшего художника.

– Я позабочусь об этом, – пообещал Олислегер.

Послы без толку сидели в Клеве уже пять недель. Даже курфюрст Саксонии начал терять терпение и прислал вице-канцлера Бурхарда, дабы тот побудил Вильгельма к продолжению переговоров. Вильгельм настоял, чтобы Анна и Эмили присутствовали, когда он принимал этого весьма почтенного и влиятельного государственного мужа, и устроил все так, что английские послы тоже стали свидетелями встречи.

Анна собиралась с духом, желая произвести хорошее впечатление на англичан, но потом Вильгельм обмолвился, что послов не будут представлять ни ей, ни Эмили.

– Вы не пойдете общаться с гостями, будете стоять за моим креслом и обе оденетесь, как велит вам мать. Я попросил ее, чтобы вас обеих одели скромно и неброско.

Это означало, что их облачат в закрытые платья длиной от шеи до пят и огромные, украшенные перьями шляпы, которые будут затенять лица.

«Да уж, – с горечью размышляла Анна, – трудно придумать для предполагаемых невест более не подобающий случаю наряд!»

– Мы похожи на пугал! – пожаловалась Эмили, когда они степенно шествовали в приемный зал.

– Послы решат, что Вильгельм прячет нас, потому что мы калеки или уродины, – в сердцах бросила Анна.

– У вашего брата есть свои соображения, – твердо заявила мать, и ее было не переубедить.

Вице-канцлер Бурхард, одетый в торжественную черную мантию, поклонился Вильгельму. У него было лицо уставшего от жизни человека, хитрые глаза и тяжелый двойной подбородок. Анна украдкой разглядывала английских послов, которые стояли в некотором отдалении. Главный среди них, доктор Уоттон, имел вытянутое лицо и казался с виду добряком. Все англичане смотрели на Анну и Эмили с нескрываемым интересом.

Аудиенция состояла из простого обмена любезностями.