Королева секретов. Роман об Анне Клевской

– Нет, мадам, – сказал переводчик, – это означает Клеве[22 - Клеве латиницей пишется Kleve.] в честь вашей милости.

Анна благодарно улыбнулась. Сейчас было не время указывать на ошибки в правописании.

Дворец Казначейства имел два внутренних двора и был красиво обставлен. Запах краски еще не выветрился, на полах лежала свежая подстилка из тростника. После того как лорды и мэр отвели Анну в покои королевы и пообещали быть к ее услугам все время подготовки к отплытию в Дувр, она в изнеможении опустилась на постель, а ее дамы засуетились вокруг, разбирая и раскладывая по местам вещи.

– Не нужно распаковывать много, – сказала им Анна. – Я надеюсь отправиться в Англию через день или два.

Доктор Уоттон предлагал ехать сегодня, но было уже слишком поздно, и она не могла разочаровать своих щедрых хозяев, покинув Кале так сразу.

Анна встала и осмотрела прекрасные апартаменты, состоявшие из четырнадцати комнат, соединенных галереей с видом на личный сад. Дверь, сейчас запертая, вела из ее спальни в покои короля.

Повсюду были начертаны инициалы «А. R.», заявлявшие всему миру о ее королевском статусе, однако, приглядевшись внимательнее, Анна обнаружила, что позолота на некоторых потрескалась. Они совсем не были новыми. Эти комнаты принадлежали покойной королеве Анне. Останавливалась ли она в них когда-нибудь? Анна поежилась.

Вдруг она почувствовала себя очень одинокой и затосковала по дому. Вот бы рядом были мать и Эмили, они бы весело поболтали с сестрой, и она бы немного развеялась.

Анна поймала себя даже на том, что скучает по суровым наставлениям Вильгельма. Как ужасно никогда больше не увидеть родных. Если это будет в ее власти, она с ними встретится, обязательно встретится.

Но нельзя ей погрязнуть в жалости к себе. Ее жизненный путь определен. Какой смысл предаваться печали?

– Давайте выпьем вина! – предложила она своим дамам. – Анастасия, налейте нам, пожалуйста.

Взяв наполненный кубок, Анна вернулась в галерею. Там висели картины, закрытые шторами для защиты от солнечного света, проникавшего внутрь сквозь решетчатые окна.

Сегодня небо было серым, его затянули облака.

Отдернув занавески, Анна обнаружила вставленную в раму карту Кале, вычерченную с большим искусством. Глаза ее расширились, когда она раздвинула шторы на соседней картине и увидела портрет великолепно одетого красавца-мужчины с коротко подстриженными волосами, аккуратной бородкой, веселыми глазами и легкой улыбкой на устах.