Истон

– Ты с ума сошла? Опозоришь меня! – воскликнула Нинель, проведя рукой по своему телу, демонстрируя идеальную фигуру, облаченную в кожаное платье насыщенного фиолетового цвета на широких бретельках с вырезом форме сердца, из которого так и норовила выпрыгнуть её грудь. На дворе начало марта, но для большинства девушек началась пора оголения и цистита.

– Тогда я не пойду, чтобы уж точно никого не опозорить, – пробормотала я, отвернувшись от неё.

Иногда мне казалось, что Нинель не очень-то вкладывалась в нашу дружбу, но потом я вспоминала, что она была единственной за всю мою жизнь, кто однажды подсела ко мне во время школьного обеда и предложила разделить с ней домашний кекс.

Так и началась наша дружба. Порой она была резка, но я верила, что у неё не было мотива унизить меня. Просто не все задумываются о том, что их язык может кого-то обидеть.

Нинель раздраженно перекинула свой конский хвост с одного плеча на другое и театрально вздохнула.

– Ла-а-адно. Пусть будет по-твоему. Пойдешь в этом, с позволения сказать, наряде.

Не испытывая ни малейшего воодушевления, я всё же отправилась с ней на эту вечеринку, проходившую на окраине Кембриджа в районе, куда без специального пропуска не пройти. Я не была лично знакома с Деборой, но знала, что ей двадцать два и она была капитаном университетской группы поддержки, что означало, что она была мега популярна. А ещё она увлекалась различными косметологическими процедурами, если судить по её скулам, губам и лисьему разрезу глаз, который вслед за Беллой Хадид свёл с ума половину женского населения земного шара.

Особняк её родителей занимал территорию, сопоставимую по размеру с двумя футбольными полями, и был огорожен трёхметровым забором с охраной по периметру. От масштаба владений дух захватывало. Но, с другой стороны, всё казалось сюрреалистичным.

Нинель припарковала свой Range Rover на подъездной дорожке и начала в третий раз поправлять макияж, смотря на себя в зеркало заднего вида. Я же осматривала приезжающих гостей.

Казалось, что здесь не студенческая вечеринка, а афтерпати премии Золотой Глобус. Я выросла в достатке и, можно сказать, привыкла к роскошному образу жизни, но никак не могла понять тягу людей к выпячиванию своего статуса.

Как только Нинель осталась довольна своим отражением, мы направились к парадному входу. Зайдя в дом, мы оказались в просторном холле с высоченными потолками, роскошной люстрой и портретами хозяев дома на стенах.