Истон 2.0

Только я никак не могла представить, что мой сын однажды будет связан с подобным бизнесом. В конце концов, когда заключался наш брак, меня заверяли, что мы будем в безопасности.

– Я против, – решительно заявила я, поднявшись с пола.

– Твоё мнение в данной ситуации, как и во многих других, не спрашивают.

Подойдя к нему вплотную, что ему пришлось задрать голову, чтобы посмотреть мне в глаза, я напомнила:

– В брачном контракте прописано, что ты обязуешься не совершать каких-либо действий, потенциально способных причинить мне вред.

– А ещё там прописано, что ты обязуешься стать мне настоящей женой, а не только на бумаге, – парировал он, едко усмехнувшись, а его ладони легли на мои бёдра и дёрнули на себя. Я сжала челюсти и прикусила язык, чтобы не сказать какую-нибудь колкость, и постаралась зайти с другой стороны.

– Родриго, – максимально спокойным голосом произнесла, наклонившись к нему, – мне бы очень не хотелось, чтобы наш брак трещал по швам, но ведь так и произойдёт, если ты потянешь на свою сторону Такера.

Раз Серхио смог выйти из картеля, то и Такер сможет не входить в него.

Я понимала, что моему сыну ещё расти и расти до того момента, когда его отец захочет переложить на него ответственность, но я также понимала, что теперь, с этого дня, воспитывать его будут согласно его будущей роли. То есть он станет заложником, как в своё время Серхио. Поэтому я должна была обозначить свою позицию предельно ясно, дабы не дать втянуть своего сына в незаконный и крайне опасный бизнес.

Когда дело касалось Такера, я превращалась в дикую кошку, желающую расцарапать лица всем вокруг, если чуяла хоть малейшую угрозу.

Родриго медленно провёл кончиком языка по губам и вальяжно прошёлся взглядом по моему лицу.

– Дорогая, наш брак трещит по швам не из-за Такера и его будущего, а из-за тебя и твоего нежелания спать со своим мужем, то есть со мной.

– Уверена, ты не в накладе, судя по твоим вечным отлучкам и поздним возвращениям домой. К тому же меня не было здесь полгода и ты точно не хранил мне верность, – заметила я.

 – Поэтому не дави на жалость.

– Имей уважение, Селеста, – зарычал он, с прищуром глянув на меня из-под длинных тёмных ресниц. – Я отношусь к тебе как к принцессе, а ты вечно нос воротишь. Что ты хочешь? Чего тебе не хватает?

Свободы, вот чего я действительно хотела. Настоящей свободы. Но она могла мне только сниться. Я жила в золотой клетке и, в общем-то, променяла шило на мыло, переехав из родительского особняка в этот.