Просто чувствуй

Клянусь, оно воняет трупом! Я, видимо, стану вегетарианкой на время беременности. От запаха выпечки проходит тошнота. Но я не могу просто нюхать её и начинаю есть. Так что, скорее всего, я сильно поправлюсь через восемь месяцев.

Тай рассмеялся.

– Ничего страшного. Главное, что помогает.

– Ага. Ещё меня тянет на кислое периодически. Поэтому апельсиновый, по-прежнему, мой любимый сок. А! Забыла! Ещё каждый день не могу без попкорна! Представляешь? Не усну, пока не съем, – рассмеялась я, доев первый кусок. Потянулась за вторым.

Тай подпёр подбородок кулаком и смотрел на меня тёплым стальным взглядом.

– Ты чего не ешь?! Ты же после тренировки! – спросила, пока откусывала кончик треугольника пиццы – самого вкусного места.

– Если что-нибудь останется, то я доем. Главное тебя накормить, – тепло ответил он, поглядывая на мои губы. Облизала их, чтобы убрать соус. Его зрачки расширились.

– Как твоя учёба? Ты наверняка самый умный во всём Стэнфорде, – продолжила задавать вопросы и есть.

– Учёба отлично.

Поверь, есть и поумнее. Вон Пресли, к примеру. Слишком умный, засранец, – рассмеялся он.

В коробке осталось два кусочка, и я подвинула её к нему.

– Наелась или это благотворительность? Ты обычно не уступаешь мне, – изогнул он бровь, лукаво улыбаясь.

– Я сегодня добрая, – показала ему язык и присосалась к соку.

Стрельнув в меня озорным взглядом, он всё-таки взял пиццу и начал есть.

– Кстати, я на днях разговаривала с Грейс и Хлоей. Мы решили все вместе в марте полететь на день рождение Триши.

Поедешь? – спросила у него, пока он за минуту приговорил один кусок и взялся за второй.

– Си, ты уверена, что тебе надо лететь? Ты же опять запаникуешь, а в твоём положении это опасно, – нахмурился он.

– Поэтому я и спрашиваю, полетишь ли ты с нами. Если да, то мне будет намного спокойнее. Если нет, то напьюсь успокоительных, которые мне выписали, – пояснила я, посмотрев на него с надеждой, что-то он всё же поедет.

Таблеток я всё равно напьюсь перед вылетом.

Будет двойная поддержка, авось прокатит и я не запаникую.

– Полечу. Я тебя один на один с этим не оставлю, – тихо ответил и встал, чтобы убрать коробку.

Я радостно захлопала в ладоши, на что он только покачал головой.

– Тай, а можно я останусь на ночь? Завтра воскресенье, мне на работу не надо.

Он замер около столешницы. Заметила, как напрягалась его натренированная спина. Затем он убрал коробку, сок, вытер стол и только потом ответил:

– Можно.